А про долг это она неплохо!

— Милая, меня матушка не поймет! Я же себе в убыток и так работаю! Это чем я детишек то своих кормить буду? Минимум, за что я могу отдать это пятьсот семьдесят рублей! И то, из-за вашей исключительной красоты.

Выглядел он при этом настолько натурально взволнованно, что мне даже его жалко стало. Совсем чуть-чуть.

Шурка же, от комплимента даже не смутилась.

— Может все-таки отдадите за четыреста восемьдесят? У меня просто нет больше!

— Ну-таки, как вы это себе представляете? Я же вам объясняю, что в себестоимости этот камень стоит шестьсот рублей! Но отдам за пятьсот восемьдесят, и то исключительно из-за вашей неземной красоты, моя дорогая. Мазаль тов!

Смотря на Шурку, которая просто открыла рот не в силах ничего сказать, я всё же решил вмешаться.

— Уверен, вам этот камень не стоил и сотни, — я заговорил негромко, глядя ювелиру в глаза. — Триста за всё, или мы уходим. В конце концов, закажу из Питера, обойдётся дешевле, а пара дней ожидания погоды не сделают, верно?

Последний свой вопрос я адресовал Шурке, и у неё хватило ума мне подыграть.

— Как скажешь, Илья! — она отвернулась и обиженно надула губки.

— Приятно иметь дело с людьми, понимающими цену времени, — нахально улыбнулся ювелир. — Четыреста, и вам не придётся ждать два дня!

— Триста пятьдесят, — надавил я голосом. — И ни слова больше!

Хозяин лавки с непередаваемым выражением лица, в котором явственно читалась вся скорбь по поводу такого откровенного грабежа, кивнул, наконец, продавцу. И ушёл к себе, не прощаясь. Видимо, страдать.

И только выйдя из лавки, я сообразил, что готовая брошь обошлась бы, возможно, даже дешевле. С другой стороны — проволоку всё равно пришлось бы искать, время тратить. А время дороже денег!

?

С покупками было покончено, и мы поехали домой. Правда, не сразу — Шурка сначала отходила от пережитого в лавке.

— Да как! Как он вообще посмел так? — возмущалась она. — Кто же при торге цену повышает? Это какой-то неправильный торг! Может, и камень у него тоже неправильный?

— О нет, не думаю, — покачал я головой. — Не только время стоит дороже денег, но и репутация!

— Ну да, наверное…

— Слушай, Шурка, ты же уже с тем прибором канцелярским освоилась? — вспомнил я.

— Да, Ваше Сиятельство, — всё ещё смущённая сыгранной ролью и обескураженная наглостью ювелира девушка была не прочь сменить тему для разговора.

— Отлично! — обрадовался я. — Осталось организовать возле него дежурство.

— Кстати, я кое-что придумала! — оживилась Шурка.

— И что же?

— Мне кажется, что наблюдение за сканером можно автоматизировать. Сканер при срабатывании пищит и у него мигает сигнальная лампочка. Взять самый простой телефон, только с отдельной кнопкой для фотокамеры, и подпаять к ней фотодиод, чтобы при срабатывании сканера делалась фотография.

— Ты сможешь такую систему сделать?

— Кнопку, думаю, смогу подпаять, — кивнула Шурка. — Главное не забывать заглядывать, что сканер наснимал!

— Не-не-не, мы сделаем лучше! — вдруг осенило меня. — Мы включим автоматическое сохранение фотографий на сервер! И каждый раз при появлении нового снимка мне будет приходить уведомление!

— О, отличная идея! — просияла Шурка.

— Тогда на тебе сборка системы наблюдения. А вот ведение журнала я поручу, пожалуй, Лерке. Всё равно ей особо заняться нечем, — решил я.

Мы заехали ещё в один магазин — тот самый, возле которого совсем недавно подобрали… как там его? Фабера!

У знакомого консультанта приобрели ещё один телефон, попроще, но с отдельной кнопкой для фотосъёмки.

И после этого, наконец, отправились домой.

Доехали мы без приключений. В деревне только остановились, чтобы Шурка переоделась в свою рабочую одежду.

Однако дома меня ждал сюрприз. На лужайке перед усадьбой я обнаружил новый чёрный внедорожник, которого раньше не видел. Интересно, кто это пожаловал?

?

Я припарковал «Ласточку», и Шурка убежала искать Прокопыча, а я направился в свой кабинет.

По пути меня встретил Альфред.

— Ваше Сиятельство, за время вашего отсутствия прибыл специалист, который, как он сказал, должен проконсультировать вас по организации охраны. Сейчас он находится в вашем кабинете… Екатерина Владимировна его пригласила, — доложил старый слуга.

— Ну что же, раз пригласила, то пускай будет. И да, подготовь, пожалуйста, для него комнату. Он у нас останется на пару дней как минимум, — вдруг вспомнил я.

— Будет сделано, Ваше Сиятельство, — кивнул Альфред.

Я поднялся в кабинет. В нём я застал Катю, которая активно беседовала с мужчиной, сидевшим спиной ко входу. Лысый, лет сорока, в строгом чёрном костюме. Интересно, а у них там это форма такая?

— Батюшка ваш рвал и метал. На Геннадия Сергеевича вчера было больно смотреть… да нам всем прилетело, но ему особенно, — с грустью в голосе произнёс мужчина.