— Как прошло? — тут же отвлёкся я от фуры.

— Нормально, в воздухе никого больше не было, — сказал Петя, — что делать дальше?

— Алиса на улице осталась? — спросил я.

— Ага, присматривает за обстановкой, — кивнул Петя.

— Иди подежурь с ней, — сказал я, — если что, сразу сообщайте нам. Чуть позже, думаю, ещё раз придётся сменить место.

— Понял! — кивнул Петя.

— И Машу позови ко мне, пожалуйста, — сказал я.

— Хорошо! — кивнул Петя и убежал.

Пока мы разговаривали, Шторм нашёл водителя этой фуры и с двумя бойцами заставил выгребать из кабины всё до последнего винтика. Ещё четверо полезли под днище, искать что-нибудь инородное, чего там быть не должно.

Проверить, конечно, нужно было всё, но я был почти уверен, что маяк находится в кузове. Это если мы не ошиблись и он здесь действительно есть.

Мы со Штормом подошли к задней части кузова. Его створки были заперты и опечатаны. Шторм нагнулся и протёр автомобильный номер, который был сильно заляпан грязью. Оно и понятно, номера уже давно были никому не нужны и висели на многих машинах только потому, что их было лень снять. Или вот как сейчас, по номеру можно было отличить одну машину от другой из множества похожих.

Шторм достал записную книжку и начал её листать. На странице, где вверху был написан номер этой фуры, под ним шёл список того, что должно находиться в кузове.

— Хренотень одна, — кивнул Шторм, ознакомившись со списком, потом подошёл, взялся за цепь, на которой висел замок с пломбой, и рванул на себя.

Цепь лопнула, и со звоном упала нам под ноги. Шторм повернул и открыл один запор, на левой створке, потом на правой и резким движением распахнул створки. Я, на всякий случай, не знаю почему, но начал формировать плазменный шар в руке.

Это оказалось излишним, фура была забита какими-то тюками.

— Утеплитель! — сказал Шторм, — спорное решение, раньше мы это никогда не возили, но начальство решило, что вещь крайне необходимая для того, чтобы пережить зиму. А ничего, что это уже не первая зима после магопокалипсиса? Те, кто выжил, научились как-то согреваться.

— Раньше мебели в городе было больше, — сказал я, — сейчас уже многое сожгли.

— Тоже верно, — вздохнул Шторм, — в общем, там ещё где-то есть коробка с распечатанными инструкциями, как утеплись свою постель при помощи этой штуки, чтобы даже зимой в ней можно было спать. Не знаю, может, я чего не понимаю, может, это действительно вещь нужная, но, на мой взгляд, ещё одна фура со жратвой была бы куда как более полезна людям, чем этот синтепон или из чего это там сделано…

— Ты звал? — раздался рядом голос Маши.

— Мань, поможешь? Тут народу полно, но нужно сделать это максимально быстро. И в то же время аккуратно. Разгрузишь фуру? — сказал я.

— Можно, — пожала плечами Маша, и, вскинув руки, тут же лёгким жестом выдвинула из кузова весь первый ряд тюков, после чего бережно положила их в сторону. Не успели они коснуться земли, как она одной рукой уже начала выдвигать следующий ряд.

— Ни хрена себе! — крякнул Шторм.

Рядом присвистнул кто-то из ребят, и раздались множественные приглушённые голоса. Солдаты обсуждали, как Маша разгружает фуру.

А Маша делала это не просто быстро, а можно даже сказать стремительно, действуя двумя руками по очереди. Пока один ряд тюков ложился на землю, второй уже выдвигался из фуры.

Шторм обернулся на столпившихся вокруг солдат, нахмурился и вдруг крикнул:

— Разойтись! Всем отдыхать, здесь теперь без вас справятся!

Солдаты дружно вздрогнули от могучего окрика и нехотя стали расходиться.

— Нечего глазеть, — проворчал Шторм, — ведь неизвестно, что мы там найдём. А как ты правильно сказал, мы могли выявить не всех предателей в наших рядах.

Я кивнул, мысль была совершенно правильная. Лишнюю информацию всегда лучше придерживать. Поделиться ей никогда не поздно, но вот если люди что-то узнали, из их головы это уже не выковыряешь обратно. А что мы там найдём, было неизвестно. Ведь, скорее всего, передатчик положили в ту фуру, которая важна нападавшим.

За пару минут Маша разгрузила половину кузова.

— Можешь чуть замедлиться, — сказал я, — но не сильно. Чувствую, что если там что-то есть, оно уже близко.

Маша стала доставать ряды тюков более осторожно. После утеплителя пошли большие упаковки с одеялами, потом со спальниками. Это всё сообщал нам Шторм, поглядывая в свой блокнот.

— Странно, груз вроде весь лёгкий, а фура шла как сильно гружёная. Она должна была идти как пустая. А уж пустую от загруженной я сразу отличу, опыт есть. Что-то здесь не так, — сказал Шторм.

Первое «не так» открылось после того, как Маша вытащила очередной ряд тюков. Мы увидели какой-то каменный прямоугольник. Это был торец чего-то большого и тяжёлого.

— А вот и ответ, почему фура шла как гружённая. Если эта хрень в самом деле каменная, то весит очень много, — сказал Шторм.