— Я это, хотел спросить, — неуверенно сказал Антон.

— Давай! — кивнул я.

— Если для нас дела никакого нет пока, я могу порыться на вашем складе? Я просто не хочу тянуть, мог бы начать что-нибудь пытаться скрафтить по мере возможности. Но для этого нужны и инструменты, и место рабочее. Вдруг найду там, что подходящее? Ведь мало сделать вещь магической, у неё ещё и форма какая-никакая приемлемая должна быть! — сказал Антон.

— Действуй! — кивнул я, — а то зачем нам всё это барахло, если мы им пользоваться не будем? Вещи должны работать. Для этого мы их и забрали. И у меня к тебе будет ещё одна просьба.

— Какая? — заинтересовался Антон.

— Ты когда будешь искать, что тебе нужно, попутно запоминай, что где лежит, — сказал я, — потом, если будет время, нужно будет составить хотя бы грубый каталог и пометить стеллажи, чтобы каждый мог найти хотя бы раздел с необходимыми ему вещами. Возможно, потом и перестановку на складе нужно будет сделать, чтобы лучше всё организовать.

— Да, я как раз планировала заняться этим, — сказала Маша, — так что помощь мне не помешает.

— Кстати, все, кому заняться нечем, могут к этому подключиться, — сказал я, — нужно знать, чем мы располагаем.

— Меня ещё очень волнует, что Лем может потеряться в тумане, — сказала Рита, — он вроде бы усидчивый, но всё же ребёнок. Мало ли что?

— И что ты предлагаешь? — спросил я.

— Сделать ограниченную комнату… типа детской. Чтобы пространство там было закрыто, — сказала Рита.

— Надо подумать, — сказала Маша, наморщив лоб, — мысль дельная, хватило бы мебели на всё это… да и как дверь сделать? Вообще, другие комнаты в планах были. Ту, где Нина думали расширить и сделать там что-то типа больницы. Всякое ведь случается, и помощь может кому-то понадобиться. Да и чтобы всё медицинское было в одном месте.

— Да, это уже не гнездо, — усмехнулась Алиса, — а гнездище!

— Не надо! — ткнул я в её сторону пальцем.

— Ой, да всё, всё! — вскинула руки Алиса, — какие мы нежные!

— Ну вот, всё остыло! — вздохнула Рита, — заново греть придётся.

— В общем, военный совет, а это был именно он, можно считать оконченным, — сказал я, — все могут заниматься своими делами.

— Спасибо! — с сарказмом сказала Алиса.

— К тебе это не относится, — сказал я, — с тобой и Петей нам нужно обсудить детали предстоящей операции и разработать план.

— Да блин! — всплеснула руками Алиса, — почему я не какой-то долбанный кинетик…

— Эй! — возмутилась Маша.

— А прекрасная фурия! — закончила фразу Алиса и показала Маше язык.

Я дождался, пока все разойдутся или успокоятся, и продолжил:

— Я думаю, что действовать будем в темноте.

— А как ты попадёшь к конвою, чтобы тебя не пристрелили? — спросила Алиса.

— Я? А может, я решил оставить эту миссию тебе? — усмехнулся я.

— Ну нет, ты же у нас главный переговорщик, — лукаво улыбнулась мне Алиса, — тебе и карты в руки.

— Да я шучу! Но вопрос, который ты задала, на самом деле один из ключевых. Нам нужно как-то попасть на эстакаду, к находящемся в осаде конвою. Если мы полетим по воздуху, нас вполне смогут подстрелить свои же… в смысле охрана конвоя, — сказал я.

— Мы поняли, — кивнул Петя, — можешь называть их своими для простоты.

— Хорошо, — кивнул я, — так что путь по воздуху мы пока что отметаем. Я думаю, подойти снизу, пусть они поднимут меня на верёвках, как раньше. Ведь те, кто организует блокаду, держатся на расстоянии от эстакады. А вот туда, будет хорошо, если ты меня подбросишь.

— Я чего-то тут подумала, — Алиса медленно почесала ногтем подбородок, — и у меня складывается впечатление, что вы собираетесь использовать меня исключительно как ездовую лошадь! Так себе работка!

— Тебя есть кому заменить! — пожал я плечами.

— Нет, я не отказываюсь, — тут же дала заднюю Алиса, — но есть о чём задуматься.

— Твои другие способности тоже могут понадобиться, — сказал я, — надеюсь, что обойдёмся без их применения, но если возникнет заварушка, то ты сможешь себя проявить и не только как лошадь…

— Эй! Я могу себя лошадью называть, а ты не можешь! — нацелила она на меня указательный палец, — заруби это себе на носу.

— Понял! — тут же согласился я, — но справедливости ради я не называл тебя лошадью, а говорил про использование тебя как лошади, используя твою же метафору.

— Не умничай! — Алиса всё не убирала палец, — ты понял, что я имею в виду!

— Приношу свои глубочайшие извинения, — я склонил голову.

— Вот то-то же! — Алиса удовлетворённо откинулась на спинку дивана.