— Пошли… — панически зашептал Демид, явно ощущавший то же, что и я.

Я не ответил, но про себя уже просчитывал варианты. Тело все еще не полностью восстановилось после испытания, и открытая драка сейчас была бы худшим решением.

Я снова почувствовал сильную пульсацию от их амулетов и ощутил волну тошноты. Что ж, зато теперь ясно, что эти украшения — не просто модные аксессуары. Не-а, это опасные артефакты, способные влиять на чужую энергию.

Ну что, господа, посмотрим, насколько вы сильны, если удар исподтишка не пройдет? Но атаковать они пока не решались. Считали, видимо, что недостаточно накопили сил, чтобы меня свалить.

Роман перевел взгляд на Демида.

— Слушай, Демид, а ты чего это вдруг переобулся, а? Мы же, вроде, нормально общались. Теперь с этим сбившимся дружишь?

Демид мгновенно напрягся и сжал губы. Я заметил, как он нервно сглотнул, явно не ожидая подобного поворота разговора.

— Я… я ни с кем не дружу, — нервно проговорил Демид. — Просто не хочу проблем.

— А поздно, — лениво вмешался второй близнец. — Ты уже связался с… этим, значит, у тебя уже есть проблемы.

Так и есть, уловка. Я внимательно следил за каждым движением братьев. Энергия вокруг них ощущалась все плотнее и интенсивнее.

— Ты, Демид, давай-ка определись, — продолжал Роман, поглядывая на меня краем глаза. — Или с нами, или с этим вот…

— Может, вы уже заткнетесь? — холодно перебил я. — Если хотите поговорить по душам, так можете сделать это позже, при свечах и с вином. У вас там энергии уже скопилось достаточно для романтического вечера.

Улыбка слетела с лица близнецов.

— Мочи! — взревел Роман.

И оба братца синхронно шагнули ко мне, наконец, решившись ударить. Я, наскребший энергии для контратаки, шагнул навстречу…

Вернее, попытался шагнуть.

Резкая, неожиданная слабость накрыла меня, ноги едва не подкосились, а в животе кишки сжались в болезненный узел.

Вся энергия в пространстве словно резко оборвалась. Я почувствовал, как невидимым рубильником отключили весь окружающий фон. Сила близнецов исчезла моментально — они растерянно моргнули, будто очнувшись после глубокого сна.

— Что за… — растерянно выдавил Роман.

Я с трудом сдержал саркастическую ухмылку. И тут из-за угла коридора неторопливо появился Астахов. Лицо учителя было мрачным. Он внимательно осмотрел нас и холодно спросил:

— Что тут происходит?

В руках Астахова я заметил амулет, который раньше, кажется, он с собой не носил. Более массивный, сложной формы, он выглядел куда серьезнее тех побрякушек, что висели на братьях.

Интересно.

Похоже, это какая-то местная «глушилка», система подавления энергии, РЭБ местного разлива. Я усмехнулся про себя — очень современный подход для древних традиций.

— Этот урод пытается устанавливать здесь свои правила! — возмущенно выпалил Рома, гневно показывая пальцем в мою сторону.

— Выбирай выражения, — оборвал Астахов. — Теперь это… ученик.

Он и сам произнес последнее слово с явным усилием. Ну ничего, он тоже привыкнет, как и все здесь.

Братья мгновенно заткнулись. А я смекнул, что если забирать инициативу, то именно сейчас.

— Он прошел испытание, — напомнил я Астахову, ткнув пальцем в сторону Владислава, но не называя имени. — А значит, имеет право на помощь. Негоже того, кто доказал свое право быть здесь, бросать обратно в барак, чтобы он там умирал.

Астахов хмуро уставился на меня, явно не радуясь необходимости принимать решение. Я понимал его дилемму — он знал, что Влад прошел испытание исключительно благодаря моему вмешательству. Не будь меня, Влад уже давно был бы трупом.

— Учитель, это мясо не должно находиться среди нас, — злобно бросил Роман, вновь оживляясь. — Пусть сдохнет!

— Цыц! — рявкнул Астахов.

Повисла тишина. Учитель задумчиво погладил бороду, наблюдая за Владиславом. Тот, уже почти без сознания, сполз на землю по стене.

Ситуация была — на грани. Я понимал, что Астахову придется идти против своей воли и собственного авторитета, чтобы помочь Владиславу. Но другого пути сейчас у него как будто бы и не было.

Что ж, посмотрим, насколько он готов наступить на горло своей гордости. А пока что я просто ждал, спокойно и холодно глядя в его глаза.

Астахов еще немного помолчал, будто надеясь, что если потянуть время, то ситуация разрешится сама собой. Но потом…

— Отпустите его, — нехотя бросил он близнецам.