Фахд Абдулла Аль-Шамс — сын сирийского короля, сейчас находился в большом и просторном зале. На столе было много вина и напитков, которые с принц с удовольствием вкушал.

Напротив сидел его отец — Ази Карим Аль-Шамс. Ему было около шестидесяти лет, но выглядел он максимум на сорок. И сейчас король сидел с гордо поднятой головой.

— Вечер сегодня выдался отменный, — заметил король.

— Да, вышел большой улов!

Король усмехнулся.

— Это было отличное решение, отец, — ухмыльнулся Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Спасибо, что поддержал.

— Это было несложно, — ответил король. — Как видишь стоило захватить всего несколько детей аристократических семей, приставить к их горлу клинки, как они отказались сражаться. Слабые духом люди. Вот ты, сын, как думаешь… если бы я оказался в похожей ситуации и если бы к твоему горлу приставили нож? Бросил бы я тебя?

— Нет, — помотал головой наследник.

Фахд Абдулла Аль-Шамс считал, что имперцы поступили, как трусы. Настоящие воины сражаются до самой смерти.

— Верно, — кивнул король. — Я бы сражался до самого конца.

— Ты мудр, мой отец! О, Великий пустынный орел!

Королю это польстило, и он улыбнулся.

— Все прошло более, чем успешно, — с наглой ухмылкой продолжил Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Верхушка знати впечатлилась этим действием, и теперь их верность нам возросла в многие разы. Люди ликуют, — принц поднял руки, словно пытаясь дотянуться до неба. — Мы показали народу, что никого не боимся! У нас сильное и мощное королевство! И мы не позволим никому злоумышлять против нас.

Принц закончил, вкладывая сталь в свои слова. Так он был уверен в своей победе.

— Но скажи мне, отец, — принц сбавил свой тон. — Что мы будем делать дальше с Российской империей после того, как пройдет казнь? Достаточно ли будет всего лишь казни?

Так Фахд Абдулла Аль-Шамс намекал, что от империи за этой случай можно получить куда больше. Но король и без того хотел того же:

— Конечно, нет, — усмехнулся он. — Я из этой ситуации выжму максимум пользы. Они к нам еще несколько лет подряд будут посылать дипломатов с щедрыми дарами, чтобы замять этот инцидент.

— А если не будут? — серьезно поинтересовался Фахд Абдулла Аль-Шамс.

— Тогда вся пустынная армия встанет на сторону персов и будет помогать им в войне с Российской империей. Если имперцы так поступят, то совершат большую ошибку, — сказав это, король отпил вина из своего кубка.

— Ты очень мудр, отец.

— А еще я решил немного изменить планы. Мы не будем казнить всех.

Глаза короля блеснули злобным азартом. Фахд Абдулла Аль-Шамс знал этот взгляд — отец задумал что-то по-настоящему интересное.

— Разве это не слишком большая щедрость для них? — спросил принц. — Мне кажется, в такой ситуации не стоит поддаваться милосердию. Имперцы этого не заслужили.

Фахд Абдулла Аль-Шамс плохо понимал замысел отца, но не сомневался, что за ним таится нечто большее. Что выльется в хорошую выгоду для Сирийского королевства.

— Не переживай, — махнул рукой король. — Казнь обойдет только женщин. А своим верным людям я разрешу выбрать по жене.

— Это отличное решение! — просиял Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Тогда я могу взять своей двадцать четвертой женой дочь графа Афанасьева? Ту рыженькую…

Хотя на самом деле принца привлекли пышные формы этой девушки и тонкая талия. А также — белоснежная кожа. Она была очень красивой, по его меркам. В Сирийском королевстве таких женщин нет.

— Вполне, — кивнул король. — Хороший выбор. Но перед тем, как взять ее в жены, послушай мой совет. Сходи и попробуй ее. Пообщайся, так сказать.

Услышав это, Фахд Абдулла Аль-Шамс довольно засмеялся. И король подхватил его смех.

Однако разговор короля и принца резко прервал стук в дверь.

— Войдите! — неохотно ответил король.

Обоим не понравилось, что такой прекрасный вечер внезапно прервали. Но советник короля не явился бы лично без веской причины.

— Ваше Величество! — низко поклонился он. — Вам поступил вызов из Российской империи.

— Вот и приползли собаки! — прокомментировал Фахд Абдулла Аль-Шамс и хлопнул в ладоши.

Он предвещал, что сейчас император лично будет извиняться за случившееся. А там у него можно будет запросить огромную компенсацию. Не в положении Дмитрия Романова развязывать еще одну войну.