— Узнай, кто конкретно пришел на помощь, и как мы можем их использовать, — распорядился Насир аль-Дин.

— Это еще не все, о, Великий!

— Продолжай, — выдохнул визирь, понимая что сейчас снова будут плохие новости.

— Крепость Изондех захвачена аристократами. Сейчас наши войска выдвинулись туда на подмогу.

— Ясно. Сделайте все возможное. Мы не можем потерять еще и эту крепость, — прорычал Насир аль-Дин.

Эта новость разозлила его. И он невольно сжал кулаки.

— Также император Российской империи объявил, что за эту неделю российская армия станет меньше. Все, кто не пройдут аттестацию, отправятся домой.

Насир аль-Дин усмехнулся.

— Ты точно ничего не перепутал? — в эту новость было сложно поверить.

— Нет, о, Великий!

Это была уже хорошая новость. Однако почему Дмитрий Романов так поступает? Он что, тупой? Такого об императоре Российской империи Насир аль-Дин точно не мог сказать, учитывая все его прошлые поступки.

Возможно, визирь и его помощники просто не видят всей картины. Или, наоборот, Дмитрий слишком умен.

Если император решил сделать свою армию куда более качественной, то момент он выбрал крайне неподходящий. Но в любом случае персы должны воспользоваться такой чудной возможностью.

— Пока отложим нападение, — приказал Насир аль-Дин и помощник поднял на него удивленные глаза. — Через неделю Российская империя вовсе останется без армии.

Это если Насир аль-Дин прав в своих домыслах… И тогда империя превратится в легкую добычу. Персы смогут захватить свое, используя гораздо меньше ресурсов. А если будет возможность сэкономить несколько миллиардов, то не стоит даже думать.

Одна мысль о том, что скоро Насир аль-Дин получит себе солидный кусок Российской империи, радовала визиря. А иначе и быть не может — у персов гораздо больше сил. Так было и до начала мобилизации. А после этих глупых проверок, у имперцев вовсе не останется шансов.

У них и сейчас дела на фронте идут не самым лучшим образом. Ведь Насир аль-Дин отправил туда двух мастеров порталов.

Китайскому императору Лю Цзяньлуну сегодня доложили о новом решении Дмитрия Романова. Пожилой правитель отличался своей мудростью, а потому он посмотрел на ситуацию со сокращением российской армией с нескольких сторон. Ему пришлось потратить несколько часов, сидя в тишине, погруженным в собственные мысли, чтобы наконец увидеть, в чем заключался конечный план. Но это навряд ли смогут увидеть остальные правители…

Однако Лю Цзяньлун хотел, чтобы это понял и его сын Ван. После того, как наследник получил от Кодекса Первого императора дар, он стремительно начал развиваться.

Ван Цзяньлун большую часть дня проводил в медитациях, прокладывая новые магические каналы и укрепляя их. А остальное время он тренировал свой новый талант. По приказу отца Ван делал все возможное, чтобы стать сильнее.

Ни один правитель не может точно сказать, сколько ему осталось… И каким бы мудрым ни был Лю Цзяньлун, враги иногда бывают непредсказуемы. А еще имеют место быть внешние факторы, и император прекрасно понимал, что его может сморить какая-нибудь новая смертельная болезнь или банальный несчастный случай. Императоров охраняют хорошо, но даже они не застрахованы от форс-мажоров.

Лю Цзяньлун прожил долгую и насыщенную жизнь, и не собирался с ней расставаться в ближайшие годы. Но сын должен быть готов перенять бремя правления в любой момент. И чтобы ни случилось, он должен быть готовым ко всему. А для этого Лю Цзяньлун хотел поделиться с сыном мудростью, которой научил ещё его отец.

Умение анализировать ситуации особым образом передавалось из поколение в поколение, и сейчас было самое время заняться не только физическим и магическим сына, но и умственным. Ведь император Китайской империи должен быть развит во всех направлениях. Только так он сможет удержаться на троне.

Лю Цзяньлун позвал сына на чайную церемонию после очередной его тренировки. Слуги приготовили пуэр по всем правилам, а затем оставили императора и его наследника наедине.

— Получил отчеты от международной разведки? — поинтересовался Лю Цзяньлун.

— Конечно, отец, — почтительно ответил Ван. — Ты наверняка хочешь поговорить о решении Дмитрия Романова.

После того, как Ван получил возможность развить свой дар, он стал и сам иначе относиться к подобной подготовке. Лю Цзяньлун заметил, что сын стал меньше возражать и более ответственно подходить к своим тренировкам и их беседам.

— Я не понимаю, зачем он так сделал. Неужели в Российской империи так много солдат? — спросил Ван.

Лю Цзяньлун поощрял, когда сын сам уточнял те политические моменты, которые он не понимает. Ведь цель императора была научить своего отпрыска видеть гораздо дальше, чем это могли другие правители.

— Ты не зришь в корень, — ответил Лю Цзяньлун и пригубил слегка остывшего чая. — Большая армия это не всегда хорошо. А за последние годы Российская империя не могла похвастаться качеством своих войск.