– Мне холодно, – сдавленно шепнула Рубин и сразу же дернулась под Ерионом.

– Сейчас согрею тебя. – Он быстро встал и поджег еще один большой куст.

Принцесса села у огня и стерла слезы со щек. Ерион опустился на землю за ее спиной и обвил руки вокруг талии Рубин, вытягивая ноги и прижимая ее спиной к своей груди. И она позволила.

– У тебя на груди юни, – произнесла принцесса, считая, что после всего случившегося за эту ночь имеет полное право задать этот вопрос мужчине, который ее обнимал. – Что она делает?

– Защищает меня, – ответил Ерион.

– Ты с ее помощью создаешь свое марево?

– Да.

– А много таких юни на твоем теле? – Рубин опустила глаза на правую руку Ериона, которая сейчас выглядела точно так же, как и его левая рука.

– Нет, – произнес он.

– Твоя правая кисть… – Рубин остановила себя, подбирая слова. – Почему сейчас она выглядит нормальной?

– Мана скрывает то, что я не хочу показывать. – Голос Ериона стал заметно тише.

– И насколько много… ты не хочешь показывать?

Он не ответил.

– Сколько времени у тебя осталось до дня гибели центра жизни в груди? – озвучила новый вопрос Рубин.

Ерион снова не ответил.

– Десять лет? – предположила она.

Молчание.

– Пять?

Опять молчание.

– Ты можешь сказать?! – Рубин вырвалась из его объятий и подскочила на ноги.

– А что это изменит? – спросил он.

Она прижала ладонь ко лбу и зажмурилась.

– Ты сказал, что я владею силой маны. Что у меня за дар?

– Целительство. – Ерион тоже встал. – Я вправил тебе плечо, но полностью восстановила тело ты сама. Царапины на твоей коже… Их ты тоже вылечила сама. И мы с тобой не умерли от переохлаждения, потому что ты исцелила нас обоих.

– Хорошо, – кивнула Рубин. – Объясни мне, как этим пользоваться.

– Чтобы использовать ману, ты должна ее почувствовать. Пока в тебе этого внутреннего осознания нет, все твои способности такие же непредсказуемые, как молнии в небе. Сможешь уловить движение потоков маны через свое тело – поймешь, как ими управлять. А затем начнешь тренироваться и совершенствовать мастерство.

– Звучит до безобразия просто. – Рубин вскинула руки. – Но я ничего не чувствую! И до момента моего попадания в тот злополучный лес я не умела лечить себя.

– Это маловероятно, – отрицательно покачал головой Ерион. – Возможно, твои родственники не рассказывали тебе. Неужели не было случаев, когда ты чудом исцелялась за одну ночь?

– Волхвы помогали, – пожала плечами Рубин.

– Или ты помогала сама себе, а тебе говорили, что это волхвы?

Рубин насупилась.

– Я никогда не слышала о повелителях маны, которые умели бы исцелять. Возможно, ты знаком с кем-то из них? Они могли бы подсказать, как обуздать этот дар.

– Мне жаль тебя огорчать, но из ныне живущих повелителей силы целителя я знаю только одного – тебя.

Рубин поморщилась.

– Это настолько редкий дар?

– Не просто редкий. Это дар, из-за которого тебя могут запереть и убить.

– О чем ты? – Рубин отступила от него на шаг.

– Волхвы знают способы, как погрузить человека с даром в беспробудный сон, а повелители силы выкачивают из него целительную ману до тех пор, пока тело не погибнет. Ты же понимаешь, что повелитель силы ничего не создает сам? Он лишь преобразует ману в особую форму, которой способен управлять. Для меня эта форма – дар света и огня. Для тебя – дар исцеления. Люди добывают ману из месторождений и заряжают ей юни, пользуясь услугами повелителей силы, способных это сделать. Не станет таких, как мы, от месторождений маны для людей прока не будет. От этих месторождений мы с тобой не зависим. Для нас мана есть повсюду. Она пронизывает все, что нас окружает, и мы улавливаем ее, собирая через центр своей жизненной силы. Месторождения – это особые ее скопления, из которых можно получить сразу много маны и создавать из нее сотни и тысячи юни ежедневно.

– А те повелители силы, которые занимаются созданием юни… Они долго живут?

Ерион склонил голову, будто за свой ответ испытывал личную вину.

– Десять лет, если повезет. И год – если нет, – озвучил он.

– Хочешь сказать, что таких, как мы, сначала находят, затем обучают, а потом отправляют на работу к месторождениям, где смерть настигает в течение десяти лет?

Рубин сама не верила в то, что говорит. Истории про ману и юни, которые рассказывал ей отец, никогда не касались того, как именно все это работает. Есть повелители силы – есть простые люди. Одни служат ордену повелителей, другие – королям. Орден дарует благо всем людям во всех королевствах! Выходит, что не все так просто… Отсюда закон о наказании за укрывательство одаренных детей? Отсюда кара за его нарушение? В каком мире она живет? Что знает о народе, которым управляет ее отец?

– Покупая у волхвов юни, люди не задумываются о том, что на каждом из них значится чье-то имя. Это цена за мироустройство, в котором каждому отведена своя роль. Я рассказываю тебе то, о чем не должен говорить. Это знание передается от Верховного повелителя силы каждому из своих учеников. Несогласных с установленным порядком казнят «гонцы смерти» – самые сильные представители ордена повелителей. Расскажешь кому-то о том, что я открыл тебе этот секрет, гонцы придут за мной. И за тобой. В мире маны ты либо выживаешь, как умеешь, либо погибаешь.