Подняв забрало шлема, наёмник уставился на меня через прозрачную плексовую пластину, демонстрируя кривую усмешку.

— Это же какой куш, дружище? Целый склад стазисных капсул с ксеносами неизвестной расы! Ты понимаешь сколько нам за такую находку заплатит Норман?

Посмотрев на капсулу, я запустил систему сканирования бронескафандра и задумался.

Внутри был явный ксенос. Две руки, две ноги, голова и тело… Вот только он являлся не млекопитающим, а рептилией. Живой…

— Сколько вы нашли капсул? — повернулся я к Лорентису, когда сканирование его находки оказалось завершено.

— Четыре сотни, — не переставая ухмыляться, произнёс наёмник.

— Связывайся с ведущим, а я со своим бортом… Будем грузить… После зачистки. Фрегат останется на орбите с истребителями, а мы всё на корветы запакуем.

— Отлично! — обрадованно крикнул наёмник.

«И почему у меня всегда всё идет не по плану? — мысленно вздохнул я, направляясь по коридору, — Хоть раз что-то может пройти так, как задумано?»

Следующие четыре часа мы зачищали комплекс. Для этого «Висельникам» пришлось отправить к планете два оставшихся челнока с бойцами «палубной команды». Тут мы рисковали. Если бы в систему вошли корабли «Ньюроп», то шансов отбиться от абордажной команды у экипажа флагмана просто не было. К счастью, нам повезло. Однако, выбивание из каждого помещения уцелевших ученых в аварийных скафандрах и добивание сил СБ отняло изрядное количество нервов.

— В следующем помещении есть атмосфера и живые… — покачал я головой, глядя на массивные створки шлюзовой камеры, — И им очень страшно.

— Не удивительно, — покачала головой Фрау, держа в руках облегченную версию плазменной винтовки.

Алари в этот раз отправилась на боевой выход не с любимым снайперским оружием, от которого в тесных коридорах колонии было мало проку, а со скорострельным орудием, которое приобрела у оружейников «Черной Жемчужины», которые, имея постоянный спрос, не только производят аналоги серийных образцов, но и создают собственные модели самых разных смертоносных «игрушек». Что называется, на все случаи жизни.

Хмыкнув, я кивнул девушке на панель управления.

— Попробуй вскрыть. Если не выйдет… Тогда уже выломаем.

Кивнув, Алиига принялась за дело, активировав свой АИП, в который с недавних пор установила довольно мощный программатор, позволяющий перезаписывать алгоритмы работы некоторых контроллеров. У меня имелся аналогичный, но, учитывая неплохую техническую подготовку Фрау, смысла самому заниматься взломом я не видел. При наличии команды, лучше распределить роли между подчинёнными, чем делать всё самостоятельно и за всех.

Спустя несколько минут створка шлюза поднялась, открывая нашим взглядам трёх девиц в аварийных скафандрах. У одной из них в руках была плазменная граната.

— Не подходите! — рявкнула она на открытой частоте, — Мы на складе тетрина!

Окинув взглядом помещения, я хмыкнул. Позади научниц действительно стояли контейнеры с характерной маркировкой. Тетрий — весьма специфичное вещество. На его основе создают топливо для тяжелых управляемых и самонаводящихся ракет класса космос-космос, торпедных аппаратов и двигателей одноразовых зондов-разведчиков. Благодаря некоторым особенностям тетрия, в процессе сгорания, это вещество оставляет сед, который невозможно заметить с помощью сканеров, что и стало причиной его использования в оборонной промышленности. Однако, в чистом виде оно крайне опасно из-за своей нестабильности и громадной мощности взрыва, если таковой произойдет. По сути, один грамм тетрия эквивалентен ста девяносто граммам тротилла.

— Я не поняла… А чем они тут занимались? — спокойно спросила Алиига, тоже оглядев весьма странное помещение, — Это же научный центр, а не производство боеприпасов…

— Потом выясним, — пожал я плечами, нанося ментальный удар сразу всем троим научницам и волей вцепливаясь в плазменную гранату.

— Живы, — фыркнул Патрик, оглядев рухнувшие тела девушек.

Судя по аурам и тонким телам, всем им едва перевалило за двадцать. Даже непривычно встретить столь юных особ на своём пути. За прошедшие после бегства с Земли годы, мне столь молодые персоны ещё ни разу не попадались.

— Фрау — осмотри помещение, — кивнул я алари, — Роберт — девчонки на тебе. Доставишь на борт «Протесуа». Их мы «Висельникам» не отдадим. Сам надо допросить. Лирн — прикрывай Алиигу.

Циркулярная связь у нас имела три слоя шифрования и меняла частоту каждые полторы миллисекунды. Это давало возможность не беспокоиться о перехвате. Увы, но обеспечить такой же уровень безопасности при общении с «Протеусом» не получалось из-за расстояния. Сигнал становился нестабильным, а для его усиления требовалось увеличить продолжительность использования конкретной частоты, что создавало риск получения противником более-менее длинных отрезков нашей беседы, пусть и в закодированном виде. А расшифровать сообщения, имея набор их фрагментов — дело времени и техники.

Пока Патрик занимался нашими пленницами, я принялся вдумчиво проверять находящийся в конце помещения терминал.

— Тут есть грузовой лифт, не отмеченный на имеющихся планах, — произнесла Фрау, — С полными мерами безопасности.

Отвлекшись от терминала, я вызвал Лорентиса:

— Покойник-1, это Око-1. Обнаружены помещения, отсутствующие на имеющихся планах колонии. Так же тут найден склад с тетрием. Две сотни контейнеров по десять литров в каждом.

— Трахните меня в ухо… — раздалось в ответ, — Я свяжусь со Склепом.