После этого монолога старушка подуспокоилась, но всё-таки решила довести свою мысль до конца:

— Мы с тобой являемся членами древнего и благородного рода Лонгботтомов, а значит должны чтить традиции, установленные испокон веков. Какие-нибудь магглорождённые или упаси господь предатели крови — могут вести себя так, как им вздумается, всё-таки из-за их статуса от них многого и не ждут, но мы с тобой права на ошибку не имеем!

Наконец Августа совсем успокоилась, и взяв свои мысли под контроль указала кивком головы на место напротив себя, после чего тихо сказала:

— Ладно, чего уж теперь… Не гнать же тебя опять по этой чёртовой лестнице наверх, чтобы переодевался… Обед опять же остынет, а Симми уже слишком стар, чтобы напрягать его лишней работой…

Мысленно выдохнув, что процесс воспитания подошёл к концу, я приблизился к столу, и глянув на предлагаемое мне место чуть ли натуральным образом не застонал. Дело в том, что количество приборов около моих тарелок превышало все мыслимые пределы! Чёрт подери, одних вилок тут было пять штук!!!

«Я точно спалюсь… Без вариантов…» — осознал я простую истину, но в следующий миг память ребёнка сжалилась надо мной, и разблокировала очередной участок, который был напрямую связан со всеми нюансами приёма пищи, которые Августа безжалостно вдалбливала в дырявую голову Невилла.

Облегчённо выдохнув, я плюхнулся на стул, вызвав этим действием горестный вздох и закатывание глаз со стороны Августы, что пробудило в памяти очередную сцену, где бабушка распекала Невилла за то, что он падает за стол «как мешок с брюквой».

Кинув на Августу извиняющийся взгляд, я тут же приступил к приёму пищи под неусыпным контролем этого безжалостного надзирающего органа.

После того, как я весьма недурственно поел, посуда сразу же пропала со стола, возвращая меня мыслями к тому, что Августа упоминала какого-то Симми, о котором в каноне даже пол слова не было.

Решив прояснить для себя этот момент, я поднял глаза на бабушку и тихо спросил:

— Ба… А Симми, он…

Августа тихо вздохнула, и грустным голосом ответила:

— Да, сегодня он расстарался, но я даже не берусь сказать — сколько ему осталось. Он берёт силу от магии рода, а сила эта постепенно сходит на нет, как бы не было грустно это признавать. Я уже стара, Фрэнка с Алисой держат под подавляющими, чтобы они пол Мунго не разнесли, когда им что-то не понравится…

— А я? — тихо спросил я у Августы, на что она посмотрела на меня не понимающим взглядом, из-за которого я моментально сделал вывод, что настоящий то Невилл явно знал ответ на этот вопрос, но отступать было уже некуда, поэтому я продолжал щенячьим взглядом смотреть в глаза бабушки.

К счастью Августа видимо сама для себя объяснила всё какой-то частичной потерей памяти, и в очередной раз вздохнув сказала:

— Ты конечно же член рода, Нев, но пока ещё ребёнок, поэтому к сожалению твоя магия недоступна для Симми.

Я решил не отступать, и требовательно спросил:

— А когда это изменится? Когда я перестану быть ребёнком? Мне всё-таки уже 14 лет!

Бабушка улыбнулась, и разведя руки в стороны ласково сказала:

— Иди сюда, внук!

Я не стал отказывать бабушке в такой мелочи, и вскочив со стула, что в очередной раз вызвало у неё гримасу страдания на лице, подошёл к ней, после чего она растрепала мою причёску и на мгновение обняв тихо сказала:

— Я очень ценю твоё желание поскорее повзрослеть, но не надо в этом торопиться, дорогой. Четырнадцать тебе будет только в конце месяца, и именно тогда мы проведём с тобой ритуал наследования, после чего ты по правилам этикета будешь именоваться не просто именем, а обретёшь свой собственный титул — наследник Лонгботтом.

Должен признать, что звучало это весьма обнадёживающе, но мне не давала покоя мысль, что я по прежнему не ощущаю в себе никаких перемен по сравнению с тем миром, где я жил совсем недавно.

Когда я читал книги про Гарри Поттера, то мне всегда казалось, что все волшебники должны постоянно ощущать свой магический источник, а я же не ощущал совершенно ничего… Как будто и правда был самым обычным магглом…

«Стоп, а это идея!» — озарило меня, после чего я немного отстранился от Августы и тихо сказал:

— Бабушка… Я начинаю вспоминать слова, которые говорил мне дядюшка Элджи… Может это правда? Может я правда сквиб?

Эти слова пробудили настоящую волну гнева со стороны Августы. Её глаза гневно расширились, а в следующий миг она уже раздражённо шипела:

— Я прибью этого засранца… Невилл, ну какой ты сквиб?! Ты же мне только в прошлом году хвастался, что научился пользоваться Люмосом! Сквибам такое совсем не под силу! Да и палочка тебя слушается… Какое ещё тебе доказательство нужно?!

«Оп, подсеклась… Теперь выта-аскиваем!» — обрадованно подумал я, после чего опустил глаза в пол, и тихо сказал:

— В том-то и дело, что я не ощущаю палочку так, как мне рассказывали ребята… Временами мне и правда кажется, что я держу в руках простую деревяшку!