Марона снова возлагает на меня серьёзную ответственность. Вот же хитрая баронесса!

— Если позволите, господа, то скажу ещё кое-что, — медленно начал я. — Мы с моим товарищем Илином, достаточно сильным Монахом, сражались всю неделю с врагами до тридцать восьмого уровня, когда зачищали логова и лагеря монстров, стоящие на пути орды, чтобы враги не могли набирать новобранцев. Мы били их по одному, реже парами, но с толпой разом никогда не сражались… Мне нужно знать больше о наших возможностях, чтобы что-то предпринять.

Марона подняла руку и посмотрела мне в глаза.

— Господин Артём, позвольте уточнить: к чему вы ведёте? — мягко сказала она. — У вас есть план? Вы можете высказывать любые предположения, которые помогут нам в предстоящей битве.

Посмотрев на неё, я кивнул и продолжил:

— Прежде чем я смогу сказать что-то адекватное, мне необходимо узнать, какими силами мы располагаем. В первую очередь я хочу знать обо всех высокоуровневых Искателях, их уровнях, классах, способностях. Но я не могу ничего гарантировать, прошу это учитывать, — спокойно ответил я и стал ждать решения Мароны.

Женщина кивнула и указала на Жреца.

— Артём, позвольте вам представить господина Данзеля, одного из лидеров наших рейдовых групп. Он опытный воитель, прошёл много битв и отлично разбирается в таких вопросах. И да, среди нас есть бойцы высокого уровня, — сказала она и выжидающе посмотрела на мужчину.

Жрец нахмурился и продолжил, не скрывая скепсиса:

— Прошу прощения, миледи, но этот молодой человек уже предоставил всю необходимую информацию, которую он собрал во время вашей миссии. С чего бы его суждение было ценнее моего? Неужто он знает про битвы всё, да ещё и лучше тех, кто побывал в сотнях сражений за всю жизнь?!

Баронессу совершенно не смутил этот неожиданный поток хамства. Я сделал то, чего бы он не смог бы вообще никогда и ни за что. А он ещё будет так ко мне относиться? Вот уж тяжёлый человек… Хотя, с другой стороны, его тоже можно понять. Он тут авторитет, его нужно слушать, а я просто неизвестный ему Искатель. И неужели он меня не помнит, хотя мы не так давно были в одной рейдовой группе?

— Мы поймём, ценны ли будут его слова, только если выслушаем его. Мнение этого человека в разных вопросах довольно объективно и важное. Он не раз доказывал своё мастерство, смекалку и храбрость, — спокойно ответила она. — К тому же ты сам не выразил уверенности в наших шансах. А мне сейчас нужен не скептицизм, а реальный план.

Жрец тяжело вздохнул и склонил голову. Он выглядел слегка раздражённым, хотя не захотел и дальше продолжать конфликт.

— Простите, многоуважаемая баронесса, я не хотел никого оскорблять, — мягко сказал он и посмотрел на меня. — Что касается вашего вопроса, то помимо вас и вашего спутника, Охотника и Монаха, в нашей армии есть и другие высокоуровневые Искатели. Например, я Жрец тридцать шестого уровня, командир Хелима — Воин тридцатого уровня. Ещё есть Боец тридцать четвёртого, Маг земли тридцать второго, Арбитр двадцать девятого, Мастер клинка тридцать первого и один воитель тридцать пятого, но его класс неизвестен.

Мужчина кратко рассказал о каждом из них, давая базовую информацию. По правде говоря, мне очень бы хотелось взглянуть на каждого из них лично, чтобы оценить Глазом Истины. Но сейчас меня интересовало кое-что другое…

— Простите, — сказал я, нахмурившись. — А что значит «класс неизвестен»? Как такое возможно в армии баронессы, чтобы кто-то не раскрыл такую важную информацию? Или вы не хотите говорить об этом именно мне?

Жрец пожал плечами и покачал головой.

— Мы не выпытываем у людей личную информацию. Он просто не указал свой класс при заполнении анкеты, — спокойно объяснил он.

Марона прочистила горло, будто чувствуя, что я ничего не понял. Хорошо, что она помнит о моём «дальнем» происхождении, поэтому всегда готова объяснять неизвестные мне вещи.

— Это правда, что мы никого не заставляем раскрывать свои данные, если у них есть причины скрывать их, но они не нарушали закон. Это обычная практика для людей, чьи классы ассоциируются с преступным миром или могут стать предметом насмешек среди других воителей. Например, люди, владеющие способностями типа Невидимость — крайне нежелательные гости в городах. Их просто ненавидят. Поэтому такие личности не разглашают подробные сведения о себе, пока это не станет крайней необходимостью.

— Также иногда люди могут просто сами по себе стесняться своих классов из-за происхождения или других причин. Например, простолюдины часто не хотят говорить, что они обычные люди, например, Дровосеки, Каменщики или Конюхи, — добавил Данзель и посмотрел на меня, будто ожидая, что я пойму о чём он. Неужели намекает на то, что я Охотник?

Нет, чисто технически я прекрасно понимаю о чём говорят эти двое. Меня часто высмеивали, когда узнавали, что я Охотник, который считается не очень-то полезным классом для битв с монстрами. Но это лишь заблуждение… Конечно, мы не обладаем таким же высоким уроном, как Лучники, и у нас нет таких же способностей, как у Стрелков, увеличивающих дальность атак, повышающих их точность и степень пробивания бронированных целей. Однако у меня всё равно высокий урон, я крайне мобильный боец дальнего боя и хорошо ориентируюсь в дикой природе.