Ещё не дойдя до цели, навстречу от дерева к Аде пошла ещё одна старая знакомая. Шиада Клези, опытная целительница, наконец-то сумевшая отплатить за давний долг, пусть и спустя столь долгое время. Хотя… время не такое уж и долгое если смотреть относительно паресисов.

— Как он?

— Я сделала всё что могла. Но с магией… тем более с магией молнией… боюсь, что про это вообще стоит забыть. Дай Этий через век реабилитации разберёмся с более насущными проблемами, но… тяжело. Очень тяжело.

— Но жить будет?

— Да, пока что будет. Но как там через век-другой будет… предсказать сложно. Сама понимаешь, после таких ран… Ему нужен отдых и помощь Этия.

— Понимаю. Спасибо.

— Всегда пожалуйста. Вот свиток и лекарства на следующий месяц, — напоследок Шиада передала указания по режиму пациента, зелья и таблетки, после чего улыбнулась. — Всё будет хорошо.

— Останешься?

— Дела духовные… Творец ждёт, — с сожалением произнесла сатиресса и отправилась на тракт, где её уже ждал дилижанс.

— Понимаю, — только и бросила вслед Ада, после чего отправилась к самому дереву, где в коляске сидел аристократ.

Ему действительно сильно досталось, а та субстанция, которой он себя накачал… никто так и не понял, что это было, но дрянь с каждым часом становилась всё токсичнее. Из-за долгого использования собственная кровь полностью перестала выделяться. Плюс вымотанное тело, нагрузка из-за магии молний… а ведь этот идеальный проводник ещё и износился, потому что каждая рана, даже малюсенького капилляра, это потеря невосстанавливаемой субстанции. То есть дрянь мало того, что ужасно вредная, так её ещё и мало осталось, сверху она не даёт вырабатываться новой крови, в результате последнее заклинание ударило со всей мощью прямо по выведенному на эмоции аристократу. Теперь вот… сидит в коляске.

— Чем занимались в моё отсутствие? — поинтересовалась Ада.

— Да вот… решаю интересную задачку…

И действительно на коленях Ланса лежал свиток. Какой-то квадрат нарисован, в котором нужно расставить числа по каким-то правилам и вроде это какой-то конкурс…

— И какой прогресс?

— Ну, вариантов нужно много перебрать. Самое то, чтобы занять чем-то свой мозг… — как-то грустно произнёс маг и перевёл взгляд своих уже не янтарных, а серых глаз на уже не огненноволосую рабыню, а седовласую гражданку. — Думаешь… я всё сделал неправильно?

— Кто я такая чтобы судить о подобном? — резонно заметила Ада, берясь за ручки кресла. — Но знаете… раз я нахожусь здесь с вами и толкаю эту коляску, то, наверное, что-то всё же вы сделали правильно?

— Да, наверное, так и есть… но знаешь, я могу идти и сам. Мне же хребет не сломало.

— Шиада сказала вам либо лежать, либо сидеть. Пока не скажет обратного, вы не ходите. Всё. Не обсуждается, выбора у вас нет. Я уже не рабыня и слушать вас не станут, будет надо силой свяжу, а вы и ничего не сделаете без своей магии.

— Ладно, пусть так… — без особых споров ответил аристократ из-за чего печальная улыбка появилась на лице девушки. — А почему ты поступила именно так?

— Почему? Ну… я долго думала, что можно сделать. Но в итоге пришла к выводу, что порой… порой лучшее, что можно сделать это просто оказать всевозможную поддержку и подставить своё плечо в трудную минуту, пусть даже близкий смертный, кажется, творит какое-то безумие. Я решила, что поступить так будет наиболее правильно. Тем более остановить я вас точно уж не смогла, скорее… только бы помешала и сделала ещё хуже, отвлекая вас от… всяких безумных планов.

— Вот оно как…

Не только свою силу и магию потерял Лансемалион Бальмуар… нечто… скорее всего та встреча с братом навсегда что-то в нём сломала. Исчезла та безграничная воля, став… вполне обычной. Вот, даже не спорит, а просто плывёт по течению. Никаких разговоров и размышлений о планах по созданию империи и повторному возвращению в Эдем… он даже с саморазружающего труда смог переключиться на решение бесполезных, но крайне время затратных математических задач. Но… может оно и к лучшему? Ада очень надеялась, что большее никаких дурных затей у её наставника не появится и он сможет успокоится, может даже отдохнуть. Хватит уже, крови пролилось достаточно.

— Так… осторожно… Давайте я…

Но без лишних стеснений аристократ сам легко открыл дверь тростью, не дав это сделать рабыне.

— Вообще-то…

— Не вставал и не напрягался, ничего не знаю, — отвёл свой взгляд Ланс. — Давай, вези меня на пир!

— Нет, ну какой наглец!

— Ой… волноваться начинаю… стресс… умираю…

На это Ада лишь закатила глаза, радуясь хотя бы такой реакции. То что было в первые месяцы после прихода в сознание… но как говориться, достигая самого дна, смертный становится способен на новые изменения. Если что-то сломалось, то значит что-то появится на месте руин.