— Ч-четыре… — заклинание разрослось до такого размера, что контролировать его становилось всё сложнее из-за этого отсчёт затягивался, ведь даже выдавить из себя одно слово у Ланса получалось с большим трудом из-за колоссального перенапряжения.

— Ты сумасшедший, ты так себя скорее убьёшь, остановись! — в этот момент Адрион всё же дрогнул и вдруг по-настоящему испугался, пусть и не за себя. Он даже снял часть барьеров и рванул к своему брату, который почти совершил огромную магическую ошибку, дабы попробовать того остановить, но уже поздно.

— Пять.

И вся собранная в одном месте мощь вырвалась наружу. Бесконтрольное заклинание, очевидная глупость аристократа, загнанного в безвыходное положение. Других вариантов он не видел, да и мыслил не особо здраво в последнее время. Весь мир для него стянулся в одну линию от текущего момента до конечной цели. Единственный шанс предать смыслу всё происходящее, как-то оправдаться и спастись… под угрозой смерти заставить Адриона сдаться, но… принципы и идеалы, брат тоже готов был умереть и никогда не раскается, ведь полностью уверен, что сделал всё правильно.

Электромагнитный взрыв и тысячи электрических дуг разорвали комнату и снесли внушительный кусок собора. Да, относительно всего здания подобное разрушение сродни… какой-нибудь микротрещине на теле колосса, однако сам факт стал ещё одной причиной для паники многих в сердце мира. Все уже подумали, что это второе вторжение Свободного, который теперь убьёт архиепископа. Неделю придётся успокаивать народ, который будет давить друг друга и пытаться сбежать из сердца Эдема в радиационную зону, где недавно прогремела прошлая битва.

Адрион хотел попытаться остановить брата, но… не успел, молния всегда быстрее ветра. Из-за снятия части барьеров… нет, глава рода Торвандори не умер, но взрывом его откинуло очень далеко и контузило. Спасло его только то, что само заклинание в последний момент вышло из-под контроля, в результате чего импульс хара оказался ненаправленным. Хотя и собственной броне нужно отдать должное, как и тому, что Адрион так-то являлся одним из сильнейших магов воздуха и учился магии лично у отца.

Сам же Граниир оказался в эпицентре собственного заклинания, разряд которого прошёл через тело и разорвал плоть, нанеся существенные раны даже сердцу. В хаосе хара тело мага молний отлетело в обратную сторону и оказалось прямо на той лестнице, где он недавно поднимался с помощью Ады. Крики, плач, кого-то случайно придавило обломками, послушницы в шоке, гвардия уже бежит в саму комнату искать никак иначе самого Свободного.

— Господин Бальмуар! — в ужасе Шиада Клези опускается рядом, она как раз шла звать аристократа на мессу, как вдруг взрыв. — Этий всемогущий, что с вами?! Что случилось?!

Несомненно, профессиональная целительница школы природы, за время службы в храмах она сильно развила свой дар. Всё своё мастерство она концентрировала, пытаясь исцелить раны, но их становилось всё больше, то и дело остаточные разряды били во все стороны и плавили даже каменные колоны. А из тела аристократа текли не багровые реки, а странная субстанция, идеальный проводник, который слишком долго находился в теле.

— Как ты себя чувствуешь, друг? Тяжёлый выдался век? Да? — произнёс или произнесла он или она, присаживаясь рядом с опустошенным и уставшим как сам Творец смертным.

Но тот ничего не отвечал и лишь продолжал неслышно шевелить губами, смотря в пустоту и переживая бесчисленное множество моментов. В какой-то отрезок времени допущена ошибка? Где сделан просчёт? Почему так много вопросов? Где на них ответы? Неужели вся проблема в собственном существовании или быть может что-то упускается из виду? Не должно быть всё так, это неправильно, это… это…

Тем временем хозяин или хозяйка зелёного луга поднялся или поднялась на ноги, отправляясь сквозь горизонты и ветра Этия к стенающему от боли созданию. Защитники Эдема бывают очень жестоки и крайне избирательны в своих подхода по уничтожению конкурентов. Древний, несомненно, являлся конкурентом, в пищевой цепочке уж точно. Они даже магнитные поля сломали, в озоновом слое тоже дыра, хорошо хоть безумные паресисы вообще всю планету не выжгли дотла.

— Тише… тише… — раздался ласковый шёпот, и нежная рука легко легла на изуродованное маленькое тело. — С тобой даже никто поговорить не попытался? Это обидно… всегда обидно… я тебя понимаю…

И аккуратные движения пальцев, тихие и спокойные слова, немного понимания и частичка силы Творца, как вот уже в зверинце стало на одного друга больше. Уняты страдания, прошла боль, на самом деле физические раны не так уж страшны, да и Древний довольно… стар. Он оправился стремительно, даже не обижался на своих убийц из-за сущего пустяка. Остаётся надеется, что он впишется в коллектив.

— А вот тебе придётся гораздо сложнее… Мне хочется тебе помочь, честно, но нет возможности столь же легко исцелить и твои раны. Извини, — раздались полные искренности слова, которые звучали по всему бескрайнему зелёному лугу, как вдруг за рукав хозяина или хозяйки схватился кровавыми пальцами глава Гильдии.