Только сейчас это заметил: реки формируют некий непонятный рисунок, вроде как, иероглиф. Точно! Но это на цзиньяне, языке аристократов.

«Сюй», — произношу я. — «Пустота».

*2800-й день новой жизни, неизвестная деревня, неизвестно где*

— Хе-хей! — помахал я селянам.

Они обратили на меня внимание, охуели от увиденного и бросились врассыпную.

— Да заебали… — поморщился я.

Да, за мной волочится труп дракона. Да, под правым боком я тащу окаменевший валун из драконьего дерьма. Но чего бежать-то?

Притаскиваю безвременно почившего тяньлуна на центральную площадь и подхожу к деду Шую. Дед, судя по его виду, страшно охуел от наблюдаемой картины и потерял дар речи.

— Привет, дед, — улыбнулся я ему. — Вот ваш дракон.

— Дракон… — прошептал Шуй.

— Ага, — кивнул я. — Как и заказывали — вот он. А вот это дерьмо — оно моё. Ну, в смысле, не моё, а моя добыча.

— Он мёртв! — панически воскликнул дед Шуй. — Кто ты, воин?!

— Я уже говорил — Виталий, — вздохнул я. — И я не воин, а герой.

Есть чёткое разделение: существуют солдаты, воины, воители и герои. Солдаты — это низшая каста, последние пидарасы в комнате, воины — это уже чуть более уважаемая каста, обычно, мальчики из обеспеченных семей, воители — это легендарные воины, обладающие сверхспособностями, но сосущие у следующей касты, героев — таких, как я.

— Что нам с ним делать? — спросил дед Шуй.

— А я откуда знаю?! — развёл я руками. — Я его притащил, чтобы доказать вам, что я убил его. Так что… Да хоть шашлык из него пожарьте и съешьте!

— Съесть дракона?.. — переспросил Шуй.

— Это, в каком-то смысле, будет справедливо, — улыбнулся я. — Сначала он вас, а потом вы — его. Звучит круто и символично. Жареная печень — чур, моя.

— Высокоуважаемый герой, — отбил мне поклон в пояс дедок. — У нас есть для тебя гостевые покои — можешь остановиться в них, если сочтёшь их достойными.

— Веришь или нет, — заулыбался я. — Я, как раз, думал о том, где бы остановиться!

На лице деда Шуя мелькнула тень. Видимо, рассчитывал, что я свалю в закат. Но нет, дорогой — я тут с вами надолго. До тех самых пор, пока не решу задачку.

Дракона я убил, но это не было целью испытания.

Интуиция подсказывает мне, что испытание как-то связано с деревней.

— Мы с тобой, обязательно, подружимся, дед Шуй, — улыбнулся я старику. — Есть у меня такое чувство! А чувства меня никогда не обманывают!

*2801-й день новой жизни, деревня Шанхэцун, Поднебесная*

— Значит, не знаешь, что тут вокруг? — спросил я, жуя жилистое мясо.

Дракон не пропал напрасно — его, с моей посильной помощью, разобрали на запчасти. Чешуя пошла в качестве товара на продажу, кишки пошли на изготовление какого-то национального блюда, а мясо сразу же пустили на большой пир, устроенный ближе к вечеру.

Я вчера тоже не растерялся, взял десять килограмм драконятины и замариновал их в перце и соли.

Сегодня вечером я пожарил первоклассный шашлык, большую часть которого съел сам. Местные до сих пор относятся ко мне с настороженностью, как к «белому призраку», но что-то это им никак не помешало жрать драконье мясо…

— Я никогда не уходил дальше нижних полей, доблестный герой, — ответил дед Шуй Зэн. — Не знаю, что творится в других краях.

— Ты же старый, как говно мамонта! — удивился я. — Даже в соседние деревни не ходил?!

— А поблизости нет других деревень, — ответил на это Зэн.

— Так не бывает, — вздохнул я. — Что, вообще никто вокруг не живёт?

— Далеко-далеко на севере есть имперский город, — покачал головой дед Шуй. — Из него единожды в год приходит купец — он забирает налог для императора и покупает у нас товары.

— Когда он был в последний раз? — спросил я.

Старик задумался.

— Два месяца назад — может, три… — не очень уверенно ответил он.

— Понятно, — вздохнул я. — Ну, ты рассказывай: что вам ещё нужно? Может, есть какой-то другой дракон? Или в лесу чудовища?