Уже несколько месяцев, как изменилось меню — то ли дела у Храма пошли гораздо лучше, то ли что-то ещё. Но мне такие изменения нравятся. Причём это изменение не для отдельных категорий послушников, а для всех — видимо, реально, что-то в кулуарах изменилось, и дела Храма наладились.

— Кто это у нас? — подошёл к нашему столу какой-то хуй из «дедов».

На вид ему лет десять, но он не выглядит рамой, как некоторые другие «деды» — видимо, «стихоплёт» или «душнила».

По расовой принадлежности он явный азиат — кажется, кореец.

Не то, чтобы это имеет какое-то значение — в Храме решающее значение имеет только принадлежность к «кулаку», а остальное неважно — пол, раса, нация и так далее…

— Неужто это любимый ученик мастера Бао? — с вызовом спросил этот хуй.

Просто игнорирую его — не трогай говно…

Но хуй воспринимает это как слабость и берёт с подноса мой стакан с чаем.

— Поставь обратно, — сказал я ему.

— А если я не хочу? — спросил этот хуй. — Пырнёшь меня ножом?

— Любишь, когда тебя протыкают? — усмехнулся я. — Давай не будем создавать конфликт на пустом месте?

— Хочешь сказать, что я пидор? — спросил хуй.

— Ты это сказал, — вздохнул я. — Хочешь драки? Прямо здесь?

— Ты непочтителен, — произнёс хуй. — Низший послушник должен уважать высших послушников — таков закон.

— Это ты здесь высший? — усмехнулся я.

Драка неизбежна. Как там говорил Владимирович?

Подрываюсь с лавки и наношу резкий удар, нацеленный прямо в морду этому «дедовскому» хую.

Хуй проявляет зачатки реакции и, зачем-то, подпрыгивает.

Мой кулак врезается не в его охуевшую морду, как я планировал, а прямо в кадык. Раздаётся тихий хруст и хуй падает, как подкошенный.

— Нет-нет-нет-нет! — сразу засуетился я. — Только не вздумай сдохнуть!

Хуй задыхается и кряхтит.

— Зовите на помощь!!! — крикнул я.

Сука, я сейчас по этапу пойду! У меня три клейма — ещё два и мне пизда! За этого полупидора точно дадут три! Блядь-блядь-блядь!

Падаю перед хуем на колени и пытаюсь сделать хоть что-нибудь…

Так, успокоиться!

Я видел в кино, как в горло втыкают пластиковую трубочку, но у меня нет нихуя!

Когда я морально решаюсь сделать искусственное дыхание, меня откидывает назад на несколько метров. Я больно ударяюсь об пол, после чего вижу мастера Фэна, склонившегося над раненым хуем.

Раздаётся хруст, а затем судорожный вдох. Мастер Фэн разгибается, после чего поворачивается ко мне.

— Ты зарвался, послушник, — произнёс он. — Следуй за мной.

— Но я же не убил его! — выкрикнул я.

— Убил, — покачал головой дед-ректор. — Ты нанёс смертельный удар.

Он взмахнул рукой и меня потащило по полу.

— Да я сам! — воскликнул я. — Сам!

Меня отпустило и я поднялся на ноги. Плетусь за степенно вышагивающим мастером Фэном, который повёл меня по знакомому маршруту.

«Блядь, даже не поужинал…» — промелькнуло у меня в голове.

*383-й день новой жизни, Храм Песни Священного Ветра*

— Опять клеймо, мастер Фэн? — спросил я, когда мы с мастером Фэном шли по коридору.

— Два, — ответил мастер Фэн.

— За что два, мастер Фэн?! — возмутился я.

— За то, что ты травмировал лучшего ученика мастера Чжу, — спокойно объяснил дед-ректор. — Мастер Чжу возлагал на него определённые надежды — юнец очень талантлив. Но теперь его Ци будет течь с нарушениями. Два года работы впустую. Благодари свой путь, что за столовой сегодня наблюдал я, а не мастер Чжу.

Значит, я приложил любимчика мастера по стихии огня… Теперь понятно, почему этот хуй был таким дохлым — ему противопоказано качать мышцы. Но почему тогда он вёл себя так выёбисто?

— Он бы точно покалечил тебя, — добавил мастер Фэн.

— Спасибо моему пути… — вздохнул я.

Мы вошли в «тату-салон».

— Сколько? — спросил мужик в мантии и капюшоне.

— Два, — ответил мастер Фэн.

— Это означает наказание, — произнёс мужик в мантии. — Каменная яма.

— Да, я знаю, — кивнул дед-ректор. — Он должен быть наказан.

Привычно залезаю на стол, и меня крепят к нему ремнями.

Да, вот я попал…

Надеюсь, «каменная яма» — это не буквально каменная яма полметра на полметра…