— Правда? — поднял брови в искреннем удивлении. — И как я это должен был сделать, находясь в таком положении, как сейчас?

— Поэтому и не посчитали твоим провалом, — закончила мысль девушка, кивнув.

— Как великодушно, — хмыкнул я, складывая бумагу и пряча в карман. — Дальнейшие приказы?

— Ты должен вместе с Костёвым продолжать искать предателей и шпионов, — Катя протянула мне новую папку, достав её откуда-то из-за спины, — где бы ни находился и куда бы ни направился. Особенно на фронте, там много высокопоставленных лиц. Твоя задача — выявлять их. Связным с ССР буду я.

Листал документы, и складывалось такое впечатление, что кто-то очень хочет проверить мои способности. Мне не дают никаких инструментов и рычагов влияния, а задачи ставят почти невыполнимые. Ну, любой другой бы точно не справился. Даже то, что я показал тут, уже за гранью возможностей.

— Признавайся, сама напросилась к нам? — посмотрел на девушку, захлопнув папку. — Понравилась наша компания, да и мы тебя за даму считаем, а не за средний пол.

Нужно было видеть, как она покраснела, даже уши. Да ладно? Угадал? Я же просто пошутить хотел и попал в цель?

— Вот ещё одна бумага… — она аккуратно протянула мне документ, будто это был приказ самого императора.

Я взял листок и начал читать. Глазам своим не верил. Главой ССР мне предоставляются полномочия для уничтожения шпионов и предателей без суда. Лишь должны быть на руках доказательства, и я могу, в соответствии с военной директивой и этим приказом, стать палачом. Должность, звание наказуемого не имеют значения.

А вот это крайне любопытно. Кто-то наверху почему-то верит в меня. Кто бы это мог быть? Амбивера? Или есть ещё интересные игроки? Хотя… Да, скорее всего, так и есть. Это ловушка. Красивая, смею заметить, очень манящая…

Мои паучки продолжали менять позиции на стенах, чтобы полностью оценить, что творится за территорией школы. Приходилось тратить усилия на контроль и подключение к их органам чувств.

Как же хорошо, что на меня играет возраст этого тела. Любой другой обрадовался бы такой возможности. — стать карающей рукой ССР и армии. Выискивать предателей и шпионов среди офицеров и убивать их. Такие действия точно должны принести повышение. Чего хотят мои оппоненты — понятно, тут не нужно быть гением.

Скорее всего, парочку раз, пока я буду аккуратен, меня похвалят и даже повысят. По их логике, я должен войти во вкус, почувствовать пьянящую власть. Осознать, что выше остальных, и начать действовать более прямо и грубо. И неизбежно где-то ошибусь. А если нет… То это всё равно выставят так. За нападение и убийство офицера во время войны только одна мера наказания — смерть.

Внутри даже разгорелся приятный огонёк азарта. Мои противники начали действовать тоньше и продуманнее. Наконец-то! А то всё в лоб да в лоб. Пришлось им сделать поправку на мои свершения. Ещё какое-то время возраст поиграет мне на руку — пусть недооценивают.

Отказываться от нового приказа я не собираюсь, ещё чего! Повышение и признание всегда пригодятся. А вот дальше мне потребуется специальная техника. От одной такой единицы пришлось избавиться. Точнее, закопать в части ССР. Это был записывающий кристалл, который я получил от Цветкова.

— Как ты узнал, что меня повысили? — вдруг спросила Руднева, прервав мои размышления.

— Ты светилась, словно лампа, — хмыкнул я, окидывая её оценивающим взглядом. — Не знаю, за какие заслуги тебя взяли в ССР, но тут, с нами, ведёшь себя странно. Да ты же как раскрытая книга. Обычная девушка, хоть и с крайне ужасным воспитанием.

— Сам ты… — не смогла дальше придумать прапорщик. — Дурак!

Улыбнулся. Обычно, когда она не знает, что ответить, то обзывается. Катя стала как-то по-другому на меня смотреть: в глазах появилась настороженность, смешанная со страхом. Она прикусила нижнюю губу и отвела взгляд.

Все документы тут же переместились ко мне в китель, а потом в пространственное кольцо. Я продолжал исследовать территорию своими монстрами.

Получается, командование ожидало, что позже загляну за новыми приказами? Моя догадка о том, что будет дальше, уже начала раздражать. Но всё больше фактов указывало именно на это.

Направился к столовой, где предстояло забрать Колю. Чем мне нравится Костёв — простой, как топор. Что делает и где он, можно догадаться по времени и некоторым особенностям.

Поел парень первым делом, как и должен настоящий солдат. А сейчас, пока все праздновали и поздравляли друг друга, прапорщик строчил письмо родителям, чтобы похвастаться своими успехами.

С момента, когда принял у него клятву крови, я читал его корреспонденцию, чтобы он нечаянно, с радости, не ляпнул лишнего, особенно про меня. Писал ли я своим? Нет. Писали ли они мне? Нет. Я запретил.