— Босс! Признайся, ты от нас избавиться хочешь? — спросила Сантана, подлетев поближе.

— Почему? — удивился тот.

— Так это… мы же заметили изменения.

— А что именно вы заметили? — с любопытством спросил Алекс.

— Управлять энергией стало проще!

— Так это же хорошо.

— Для Черного Хирурга хорошо, а для нас не очень… Зачем тебе нужна тысяча дармоедов? Теперь тебе и сотни хватит… Мы же сейчас наемничеством не подрабатываем и помогать союзникам не требуется. Хотя я думаю, что и в этом случае тысячи лекарей многовато будет. В общем, мои ребята беспокоятся, они считают, что ты от нас избавишься при первой возможности.

— Хм… ни от кого я избавляться не собираюсь, — успокоил Сантану Алекс. — Просто провел небольшое улучшение. А своим «дармоедам» скажи, пусть выкинут глупые мысли из головы. Они мне еще понадобятся. В смысле дармоеды, а не их глупые мысли. Пусть лучше осваивают новые возможности.

— Ладно, пойду успокою ребят, — обрадовалась Сантана и полетела в расположение лекарей.

Алекс проводил ее задумчивым взглядом. Он не ожидал, что в Черном Хирурге кипят такие страсти. С другой стороны, это показывало, что адепты ценят отряд и возможности, которые тот им дает.

— Любопытно. Такого я не ожидал, — пробормотал он.

— Между прочим, Сантана не зря волнуется, — заметила Мирам. — Не только лекари считают себя дармоедами.

— Ты вообще о чем?

— О том, что даже бойцы думают, что слишком мало работают. С начала экспедиции у них не было ни одного серьезного боя. То есть, мы, конечно, хорошо поохотились и великие школы обзавидовались бы, узнав о результатах, но основную работу обычно делает Бункер, Конфликт, Хоровод и другие твои навыки.

— Это не навыки, а техники, — автоматически заметил Алекс.

— Неважно! Народ считает, что ты делаешь всю работу.

— Неправда. Я просто ослабляю монстров, но добивают их бойцы. И заметь, мы никого не потеряли! А Конфликт я вообще не использовал, чтобы добычу не потерять.

— Знаю-знаю, но это тоже неважно. Народ думает, что они не заслужили Тел Потенциала. Особенно сильно беспокоятся новички. Они тоже опасаются, что ты выкинешь их на Арраке.

— Мда… не было печали, — вздохнул Алекс. — Но где я им возьму монстров, если их нет? Ты не нашла новые стаи?

— Не нашла. Кстати, об этом… есть у меня одна теория. Кажется, я знаю, куда подевались все монстры…

— И ты молчала?!

— Хотела все проверить, но только сейчас убедилась… Я вижу облако плотной Бесформенности. Далеко. Где-то в районе маяка Бета-4339.

— Подожди-ка! Это же бывший маяк Губернатора Беренгера. Но он ушел оттуда в самом начале Большой Гонки.

Алекс вспомнил главного защитника Пурпурного Пепла, который прибыл на маяк Бета-4340 и долго интриговал против Ноколоса, пока тот не убил гостя и не заставил Пурпурный Пепел работать на себя…

— Да, наши соседи потеряли много адептов при высадке в Квазар, поэтому решили перебраться к нам, — подтвердила Мирам.

— При этом они уничтожили всех монстров во время высадки. Откуда же там возникло пятно Бесформенности?

— Ну, до первого опорного мира они так и не добрались. Та планета называется Глонар.

— Это я понимаю. Я даже предлагал тебе туда сгонять, но ты сказала, что лететь так далеко не имеет смысла. И что монстров там немного. Хотя с обновленным Контактом мы в состоянии туда добраться в разумные сроки.

— Ситуация изменилась. Раньше такого большого пятна Бесформенности вокруг Глонара не было. Я только сейчас его обнаружила. Подозреваю, что туда добрались ментаты и их подручные.

— Ментаты? — удивился Алекс.

— А что? — ответила вопросом на вопрос Мирам. — Сначала ты, а потом великие школы их знатно напугали. Вот они и решили не связываться ни с Шайном, ни тем более с Арраком. На Арраке сейчас вообще тесно от адептов, а Глонар, наоборот, свободен и никого не интересует. Это же брошенный маяк, вот ментаты туда и перебрались. А заодно всех монстров отсюда увели. Поэтому тут так пустынно.

— Ты уверена?

— По моим расчетам, добычи возле Шайна должно быть больше. Но монстров мало. Сам видишь. Плюс они постоянно мигрируют. А мы просто летим вслед за ними. И, кстати, летим в сторону Глонара.

— Это я заметил. Хм… значит, ментаты перебрались к соседям.

— Вот именно! Что мы будем делать? — спросила Мирам.

Алекс задумался. Сейчас у него осталось всего несколько десятков тысяч врат на продажу. Или примерно сорок миллионов кредитов, если считать в ценах маяка. Плюс еще триста пятьдесят миллионов хранилось в виде записи на жетоне.