— Вот такие мы с тобой наблюдательные, Олесь.

— Ага, хоть в караул, хоть в ощип.

— Ой, здравствуйте, ба… Добрая женщина.

Смех старушки звонко прокатился по полянке. Молодой и озорной! Она оценила и испуг ребят и их движения и добрые слова парня.

— Здравствуйте!

Добавила Олеся, перестав прятаться высматривать рядом хоть кого-нибудь. Ведь по логике вещей: если бы у бабушки кто-то был, она сама бы хворост в лесу не собирала!

— Может вам помочь?

Тоже сориентировался ловелас.

— О, а то кстати будет! Вот от помощи не откажусь, и отплатить за нее смогу сполна! Да самым желанным вам!

— Да что вы, ничего не нужно, мы так поможем!

— Ты мне, внучек, не выкай! Я тебе с добрым словом! И не гоже от подарков отказываться! От души предложено, в ответ на душевный порыв! Да и предлагаю я в ответ безопасный ночлег обоим и ужин нехитрый. А назавтра и дальше своей дорогой отправитесь.

Ребята переглянулись, молча кивнули друг другу и быстро собрав пожитки, решились принять помощь от своей спасительницы.

— А как к… как звать — величать тебя, спасительница наша?

— Во, то дело, девонька! Аглая Дормидонтовна я.

— А я Остап, это Олеся. Я возьму хворост? Чем еще помочь?

— Может, я по дороге еще набирать буду? — спросила Олеся.

— Ой, сколько же помощников и сразу то! Вот же повезло мне! Ребятушки, я смотрю, и ведра и крынки у вас есть? Водички то уже набрать успели? Или может по дороге наберем?

— Да у нас еще осталась, — начал было Остап.

Но Аглая Дормидонтовна его перебила:

— Позволь-ко полюбопытствовать, вдруг и вправду… Чего только не бывает.

Олеся протянула бутылку, свернув крышечку. А та и не подумала нюхать или пить, как подумалось ребятам, она посмотрела воду на просвет и запричитала:

— Ох ти, тошненько! Это же где у нас такая мерзость образоваться смогла? Вы в полночь у старой коряги в болотце ее набирали что ли? Детоньки! Это ж для кого вы ее припасли? Кого извести задумали смертью лютою?

— Не, она чистая, мы сами пьем, вот! — и в доказательство своих намерений и правдивости слов Остап взял бутылку и собирался отпить из нее, а то вдруг что подумают на них. Но старушка оказалась проворнее, выбила из его рук страшное питье:

— Чур меня! Фух! Что ж ты окаянный делашь-то?

— Да она правда чистая, — вступилась за попутчика Олеся, но была так же отчитана бабушкой, что превратилась в строгую наставницу двух нерадивых несмышленышей.

— Воду пить можно только ту, что сами набрали!

— Так я сам и набирал, сегодня утром дома, из фильтра!

— Эх, ты! Может проклял ее тебе кто? Аль здесь недогляд вышел? У болотца не сидели? С кикиморой не ссорились? Хотя, вы не смогли бы, души светлые, сердца открытые аж но нараспашку! Может, навку встретили случайно? Вот тоже мне печаль теперь…

— Аглая Дормидонтовна…

— Ты язык то не ломай, Лесюшка, бабой Глашей кликай.

— Благодарю, баба Глаша, а я вот сегодня в ручейке еще набрала, эту можно пить?

Протянула девушка одно из своих ведерок.

Тут старушка аж заулыбалась, повеселела, ожила словно:

— Это неужто от подруженьки моей березоньки у косогора водичку брали? Да Поутрось? Ты же моя лапонька! Вот порадовала, так порадовала! Вот же добра капель пропела! Почти ж роса! Угостишь ли меня, хоть кружечкой от водицы этой?

— Конечно, хоть всю возьмите!

— Нет, дитятко, то вам подарочек от светлой Марьянкиной полянки!

— А кто такая Марьянка? Мы там никого не встречали.

— Не про то говоришь, внучек, ты главное пытай. День короток, ночью спать надо, силы набрать, а утром же и в путь вам?

— А о чем, спрашивать, бабушка Глаша?

— А про маету вашу. Аль хлопот никаких? Да гладко все? Потому Олесюшку и отправлял на дерево.

Хохотнула старушка — веселушка.

— Скажи, — решился Остап, — кого нам тут бояться, как до города дойти где люди живут? Или до поселения ближайшего.

— Люди то? Люди то далеча! Да и на что они вам? Стольный град на юг от нашего края, а и по реке на лодке плыть долгонько, с пару недель. До ближайшего поселения тут ближе, Но не в ту стороны вы пошли! Вам туда надо, рядом живут.

— Не, мы туда не хотим! Нам к нормальным людям надо, видели мы, какие там.

— А чем вам Берендеевка не по душе пришлась? Хотя, туда то вам и правду не надо. Но кто из них вас видал? Да кто обидел и чем?

— Никто, надеюсь. А где мы вообще?

— Это уже хороший вопрос. А где Сваор встречали?