— Между прочим, — едко ответил я, — я спасал наш мир. А устройство, если бы мы его не уничтожили, могло бы и сработать снова, доберись до него кто-нибудь ещё.

— Ладно, — не стала спорить ведьма. — Смысла сейчас нет выяснять, что можно было сделать, а чего нельзя. Вопрос только в том, что льды тают. И на южной границе Мёртвых земель это заметнее. Начинают там, где толщина покрова была не слишком большой, уже образовываться широкие проталины. И самое плохое, что, похоже, ледяные твари отступают вместе со льдом.

— Это точно? — отозвался я, нахмурившись.

— Да, — без особой радости подтвердила Фелиция. — Им не нравится водная стихия, поэтому они отступают вглубь ледяной пустоши. И очень может быть, что, полностью растаяв, льды и всех ледяных существ сведут на ноль. Похоже, они вне льда существовать не могут.

— Странно, — я нахмурился. — У нас здесь ледяная гончая достаточно долго в клетке обитала. Да и мой ледяной червь вон пасётся себе близ хребта, в предгорьях, выше по реке. Ему болото тамошнее вообще, как дом родной.

— Ну, ты не сравнивай, — женщина задумчиво провела пальцем по корешкам книг стоявшего рядом шкафа. — Червь твой вообще существо уникальное. А насчёт этой вашей гончей… Есть у меня подозрение, что на неё влияла близость этих твоих паладинов, горских детей.

— Это… — я задумался. — Возможно. Всё же природа их магического дара до конца не изучена, как и ледяные твари, хотя общее в структуре манаканалов у них прослеживается. Да, в чём-то они могут быть даже родственны друг другу.

— Вот именно, — Фелиция кивнула. — Ты думаешь, никто и никогда не пытался этих тварей поймать? Просто даже как диковинку посадить в клетку на потеху публике? Либо же из прихоти какого-нибудь короля? Ловили и везли. Вот только вдали от Мёртвых земель твари слабеют, а когда питающая их магическая энергия кончается, просто рассыпаются кусками льда и тают. Так что, уходят льды — уходят твари, — продолжила она. — И секреты старой империи скоро могут попасть не в те руки. Сам понимаешь, даже если на месте Мёртвых земель останется море, оно будет неглубоким. И даже не придётся дожидаться, когда оно высохнет окончательно. Без угрозы со стороны ледяных тварей, без необходимости наобум в толще льда искать остатки магических сооружений, поиск артефактов не будет составлять хоть какой-либо проблемы. Ни для государств, ни для отдельных искателей приключений. И останется только считать дни, пока что-нибудь особенно убойное не попадёт не в те руки. Уж чего-чего, а у древней империи средств стереть с лица земли пару-тройку городов за раз хватало. Думаешь, болото к востоку от Прилесья само образовалось?

— Думал, там схлестнулись особо мощные маги.

— Пф-ф, — фыркнула Фелиция, — личная сила магов прошлого была ничем не лучше и не хуже нынешних. Вопрос в том, что древние создали множество магических усилителей и преобразователей. Поэтому там, да, была применена особо мощная магия, но маги были вполне заурядными личностями, которым посчастливилось заполучить артефакты, накопившие огромный объём магической энергии. А затем эти придурки решили выяснить, кто из них главный, а может, хотели устранить конкурента, чтоб безраздельно править в Тингланде.

— Не выжил, как я понимаю, никто, — логично предположил я и получил подтверждающий кивок женщины:

— Теперь там болото, в глубине которого ещё что-то фонит искажённой магией. В общем, нельзя, чтобы что-то из этого снова попало кому-то в руки. Этого мы никак позволить не можем.

— Не можем, — вздохнул я, прекрасно понимая, что нельзя слишком много возможностей давать предприимчивым людям. Они их обязательно используют. А таких хватает везде и всегда.

— И что делать? — задал я вопрос в пустоту, не выдержав тягостного молчания, повисшего в кабинете.

— Ты мне скажи, — буркнула женщина. — В идеале, конечно, как-то бы вернуть ледяных тварей. В воде с ними справиться будет сложнее, и это остановит большинство, кроме самых упорных.

— Ага, уговорить их, — саркастично улыбнулся я и тут же замер.

Медленно поднялся с кресла, движимый внезапно возникшей идеей. Выдохнул:

— Посиди здесь.

А сам тут же, невзирая на титулы и должности, метнулся из башни в первый корпус, на кафедру общей магии. Благо, между занятиями был перерыв, и нужную мне Карен я нашёл быстро.

— Эту, как её, — Сандру в мой кабинет! — без предисловий и, наверное, чуть громче, чем следует, приказал я испуганно вскочившей из-за стола на кафедре девушке.

— Когда? — пискнула та, словно мышка на кота, затравленно на меня глядя.

— Сейчас.

— А что случилось?

Видя непонимание в её глазах, постарался унять собственное возбуждение, так испугавшее молодую преподавательницу, и чуть более спокойно добавил:

— Не волнуйтесь, Карен, ничего страшного не произошло, просто мне надо со студенткой поговорить насчёт её особых талантов.

— Хорошо, — кивнула та, успокаиваясь, — сейчас приведу.

Вернувшись в кабинет, я кивнул старшей ведьме и попросил чуть обождать. А ещё через пять минут Сандра уже стояла перед нами, поглядывая чуть исподлобья с подозрением и вызовом в глазах.

— Ну, здравствуй, Сандра, — произнёс я, в свою очередь разглядывая девушку.

Показал ей на стул и предложил: — Присаживайся.

Но она только фыркнула, пробормотала что-то нечленораздельное и осталась стоять. Ну что ж, я не стал настаивать.