– А зачем он обычно отправляет вас с расследованием?

– Чтобы я выяснил, что происходит. Сделал, что смогу по ситуации. Вернулся с докладом.

– Вот вы и ответили на свой вопрос.

– Любимый риторический приемчик моей матери, – пробурчал Майлз.

– И как он, работает?

– Да.

– Ну и ладно.

Майлз откинулся в кресле, положил ногу на ногу, побарабанил пальцами по подлокотнику. И посмотрел на Джоула:

– Хм-м… как вы собираетесь их назвать?

Джоул расплылся в блаженной улыбке.

«Я выиграл. И не только я. Мы все».

На следующее утро Корделия шла по саду, направляясь к канцелярии вице-королевства. Она уже отправила Оливера в госпиталь базы в сопровождении Рыкова – чтобы тот ни в коем случае не дал адмиралу зайти на службу после посещения врача, а также проследил за выполнением остальных пунктов инструкции: переодеться, взять из квартиры необходимые вещи и вернуться. Корделия как раз подумала, что хорошо бы уговорить Оливера держать во дворце смену одежды. Так ведь гораздо удобнее им обоим. Кстати, о публичном объявлении по поводу сугубо приватных отношений: если пытаться соблюдать строгую секретность, то приходится жертвовать некоторыми удобствами, но и кричать во всеуслышание не стоит.

Вчера вечером Оливер вернулся из сада совершенно вымотанным – что, впрочем, неудивительно: Майлз кого угодно способен довести до полного изнеможения. Что же они друг другу сказали? Быстро умывшись, Оливер со стоном рухнул в постель. И провалился в сон благодаря чудесам военной фармацевтики – а не метался, мучаясь от боли, всю ночь напролет. Сегодня утром он приходил в себя… постепенно. Бродил как зомби, так и не просыпаясь – с блаженной улыбкой. Корделия надеялась, что, когда вернется, будет чувствовать себя уже получше.

Блез и Иви прекрасно провели время на пикнике. Блез занимался пиаром, а Иви вытащила всех своих родственников. Для них вчерашние увеселения обошлись без серьезных телесных повреждений, и сегодня оба ждали Корделию, чтобы приступить к повестке дня.

Блез принес на утверждение предварительную редакцию официального видео, отснятого на пикнике. А также сообщил, что в планетарной сети с самого утра ходит множество роликов несчастного случая – ведь на празднике снимали все, кто только мог.

– Думаю, следует включить сюда нашу съемку, не столь сумбурную, так сказать, – предложил он.

– У нас есть собственная запись?

– Да, оказался поблизости от места происшествия, снимал плац и подготовку к фейерверку. И сделал панорамную съемку происходящего.

Корделия как-то совсем не представляла себе Блеза в роли военного корреспондента, ведущего репортаж с поля боя.

– Не думаю, что Оливер будет в восторге.

– Ну почему же? Адмирал Джоул вышел превосходно! После изучения утренних рейтингов самые популярные на данный момент кадры, где видно, как он защищает ваших внуков.

– Да, кадры весьма удачные, – вмешалась в разговор Иви. – Самые лучшие я сохранила себе в файле.

– Дай посмотреть! – не удержалась Корделия.

Обнаженный по пояс Оливер, во всей красе молниеносной реакции и героизма, шикарно получился на снимках. Корделия внимательно их рассмотрела.

– Ты ведь замужем, Иви, – сказала она наконец.

– Но смотреть-то я могу?

– Ага. Скопируй мне этот файл.

Иви заулыбалась:

– Конечно, вице-королева.

Блез немного сконфузился. Женщины молча переглянулись.

– Включи эти снимки, – сказала Корделия Блезу. – Но в репортаже сфокусируйся на пиротехниках: как они отлично поработали, смогли взять ситуацию под контроль… В общем, «Ура доблестной армии Зергияра!» – и так далее. Все понятно?

– Но ведь ни один из тлеющих ошметков шаров не упал к ним на помост?

– И слава богу. Ну же, Блез, не тормози.

Он усмехнулся и стал записывать.

– Да, и когда найдется минутка, – добавила Корделия, – отошли доктору Гамелину все, какие есть, снимки облака шаров-вампиров до взрыва, во время и после. Он говорит, что такое их поведение никогда раньше не наблюдалось, и был очень взволнован. Какая-то теория, почему подобные виды во время грозы всегда снижаются к земле, и нельзя ли их использовать для прогнозов. Не такой он человек, я считаю, чтобы не извлечь все, что возможно, из необычного природного явления, которое произошло у него на глазах.

Корделия всегда одобряла такой научный подход. А вот эскобарские студенты сильно перепугались, их пришлось убеждать, что на Зергияре это случается вовсе не каждый день. «Они еще не знают, что такое наши землетрясения, – подумала Корделия. – Экосистема Зергияра точно не для таких маменькиных сынков». Впрочем, пока самым опасным видом на планете была очень агрессивная разновидность шимпанзе.

Корделия села за свой стол – разбирать утреннюю корреспонденцию. И четвертое по счету послание, как назло, испортило прекрасное настроение. В своем обращении к вице-королеве «Плас-Дэн» настаивал на ответе. Они и помыслить не могли, что их предложение завернут. «Ну и наглость! Неужто никто не знаком с элементарной теорией игр?» Прокололись на дилемме заключенного – обманули своего партнера. А на выигрыш можно рассчитывать только в том случае, если в игре один раунд. Жизнь – не дискретные раунды, а непрерывный процесс. И тут не получится оправдаться, что это слишком сложные материи, ведь производственный процесс на их же собственном заводе организован по аналогичному принципу, нет разве? Увы, она имела дело с менеджерами, а не инженерами.