Петр Васильевич остановил автомобиль возле подъезда, который был ему уже очень хорошо знаком, в котором жил Андрей. Жил на первом этаже, квартира сразу прямо, номер квартиры 77. На лавочке, расположенной на крыльце, никого не было. Дверь в подвал была закрыта на замок. Сейчас ничто не напоминало о том, насколько злачными являются эти с виду простые места. Сколько ужасного случилось здесь в течение последней недели. И есть ли в этом дворе тот, кто ничего об этом не знает.

Петр Васильевич вспомнил Лидию Петровну, которую похоронили буквально вчера. Вспомнил какие неприятные ощущения накрывали его во время этого скорбного мероприятия. Ведь он впервые за всё время службы напрямую и очень сильно ощущал свою вину в смерти Лидии Петровны. Да, Кречетов правильно ему об этом сказал. Жестко, но совершенно по делу. Что было то было, и здесь бессмысленно пытаться оправдаться. Оправдание только в одном — это уничтожить преступника и его ужасную собаку Баскервилей.

Вот поэтому он снова здесь. Поэтому больше нет у него свободного времени, да и всё остальное время, оно сейчас подчинено исключительно одной единственной цели — уничтожить преступника и его собаку. Для этого нужен Андрей. Каким странным бы это ни выглядело.

Петр Васильевич позвонил в дверь. Дверь открыла полная пожилая женщина, и следователь сразу узнал её, вспомнил, что вчера видел её на похоронах Лидии Петровны, и мгновенно догадался, что эта женщина — она бабушка Андрея, которая отсутствовала последнее время, которая вернулась сюда, вероятно что, пару дней назад.

— Здравствуйте, вы, как я понимаю, бабушка Андрея. Я же Зимин Петр Васильевич, возможно, что вы обо мне что-то уже слышали.

— Да, конечно, Оля рассказала мне о том, какие жуткие события происходят. Да и вчера, Лида, мы ведь дружили с первого дня, как переехали в этот дом. Меня зовут Лидия Сергеевна — ответила женщина — Проходите в квартиру, нехорошо через порог разговаривать.

Петр Васильевич вошёл внутрь. Из кухни шел приятный запах, пахло горячими беляшами.

— Давайте я вас чаем напою, угощу беляшами — предложила Лидия Сергеевна.

Следователь не планировал чего-то подобного. Но сейчас он же никуда не торопился. К тому же сегодня не обедал. Поэтому согласился, собираясь задать несколько вопросов.

— Спасибо, не откажусь, ведь такой аппетитный аромат, что устоять невозможно.

— Спасибо, вот и славно. А аромат, то да — улыбнулась Лидия Сергеевна — Проходите, будьте как дома.

Петр Васильевич сел за стол. Лидия Петровна поставила перед ним кружку с горячим чаем, тут же добавила к чаю тарелку, на которой находились три беляша, от которых можно было ощутить не только запах, но и тепло.

— Спасибо — сказал следователь.

— На здоровье. В прошлом году у нас здесь забавная история вышла с такими же беляшами. Есть у нас во дворе один крайне неприятный мальчик — начала Лидия Петровна.

— Витька Гутник, кажется так его величают — улыбнувшись произнес Петр Васильевич.

— Нет, Витька нормальный. Просто он полный мальчик, кушает хорошо очень, а так… Но наши сорванцы его не любят. Сколько им говорила. Но я про другого пацана хотела сказать.

Лидия Сергеевна замолчала, выглядело так, как будто она передумала. Следователю же было интересно всё из жизни этого двора, всё, что могло касаться Андрея и его друзей.

— Так что этот неприятный пацан?

— Его кличка Глист, да вот так. Под два метра ростом, худой такой, голова маленькая. Вы уж простите, но насколько же пакостный мальчишка. Так вот он у меня цельный тазик с беляшами украл. Поставила на подоконник, окно открыто. Этот стервец длинный, ещё что-то подставил под ноги, и вся моя работа в его желудок поместилась. Как только влезло в него всё это.

— Действительно, как содержимое целого тазика в одного поместилось — улыбался Пётр Васильевич.

— А этот самый Глист, он дружит с Андреем, Максимом, Костей?

— Не особо они. Глист пакости всякие делает. Он их старше на четыре года, он уже восьмой класс закончил.

— Пакости, да, слово то какое — сказал следователь, с аппетитом справляясь с горячим беляшом, запивая угощение чаем.

— В прошлом году этот Глист убил щенка, которого Андрей принес с собой откуда-то. Только Андрей с друзьями об этом не знают. Если бы узнали, то… Но да ладно, что я вам о каком-то хулигане недоразвитом тут рассказываю.

Петр Васильевич мгновенно напрягся. Вот так как бы между делом, прозвучало то, что имело значение.

— Щенок черный был?

— Да, небольшой совсем. Андрей хотел, чтобы он дома жил. Но я против была. Сейчас об этом ужасно жалею, только что уж теперь.

— А вы откуда знаете, что Глист убил щенка?

— Мне Лидия Петровна, покойная ныне, сказала. А она откуда узнала, то я этого не знаю. Только женщина она была порядочная, замечательная была женщина, она бы попусту говорить не стала.