— Не было никакого обыска — не удержался и вставил своё Максим.

— Был обыск, просто ты позже там оказался — сказал Максиму Петр Васильевич, он и сам не совсем понимал, сейчас трудно было определиться во времени: кто, когда, во сколько и прочее.

Только спустились с лестницы, только Петр Васильевич закурил очередную сигарету, как появились родители Андрея, с ними были родители Кости и мама Максима.

— Максим, ну, слава богу! — обрадовалась мама Максима — Ребята где? — тут же продолжила она.

— Скоро будут — произнес Максим в ответ.

— Петр Васильевич, мы позвонили в милицию. Звонили к вам домой. Андрей, Костя, Максим пропали. Думали, что их убили, так же как и… — произнесла Ольга Васильевна, получилось это вместо приветствия.

— Знаю, главное, что в подвалах нет. Значит живы они — проговорил Петр Васильевич, он же за руку поздоровался с Александром Петровичем и с Юрием Павловичем.

— Максим, ты что воды в рот набрал? — строго спросила мама Максима.

— Они должны уже быть. Мы в будущее решили сходить, посмотреть. Там всё немножко не так. Поэтому они скоро — произнес Максим, не придумав ничего лучше.

— В будущее? — переспросила Ольга Васильевна.

— Да, а что такого — спокойно ответил Максим.

Он не упомянул Петра Васильевича, и это было хорошо. Пока что это было хорошо. Не нужно раньше времени нервничать и переживать ещё больше.

— И где это будущее? — спросил Юрий Павлович.

— В будущем — просто ответил Максим.

Только Максим ответил Юрию Павловичу, как во дворе появился автомобиль, который тут же признал Петр Васильевич, потому что он принадлежал Кречетову. Следом двигался милицейский УАЗик.

Петр Васильевич напрягся, предвкушая скорый эмоциональный разговор с Кречетовым, который сразу увидел своего товарища по службе, который сразу решил, что сейчас многое станет ясным, об этом думал, выходя из автомобиля.

К тому же Сергей Павлович прекрасно видел рядом с Петром Васильевичем Максима, а значит пропавшие ребята нашлись. Но эта предположение оказалось несколько преждевременным.

— Нужно начать поиск, время ведь идёт — нервно произнесла мама Кости, обратившись к Кречетову, который подошёл к группе людей, который лишь мельком глянул в глаза Зимину, но ничего говорить тому при свидетелях не стал.

— Петр Васильевич, ты как считаешь? — спросил Кречетов, и этот вопрос был такой своеобразной провокацией, потому что Петр Васильевич должен был знать, где сейчас ребята.

— Нужно немножко подождать. Просто поверьте мне. Просто послушайте меня — ответил Петр Васильевич, при этом ответил он не только Кречетову, но и родителям Андрея и Кости.

Появился Олег Андреевич. Правда в данный момент он стоял в стороне, он периодически, короткими фразами, общался с водителем милицейского автомобиля.

— Вы считаете, что Максим говорит правду? — тихо спросила Ольга Васильевна.

— Да, он действительно говорит правду. Я же этому свидетель, если хотите — ответил следователь.

Кречетов глубоко вздохнул, хотя ведь точно не знал, о какой правде говорил Максим.

— А если они не вернуться из этого самого будущего? — это вновь спросила Ольга Васильевна.

Всё происходящее выглядело странно. Если со стороны послушать, посмотреть, вдуматься в то, что происходит, на какую тему говорят взрослые люди. Хотя сейчас и в этом вот пространстве вряд ли могло бы что-то показаться странным. Не до странностей здесь и сейчас было. Здесь было страшно. Здесь сдавливало ощущение того, что смерть за каждым углом, что стоит сделать всего один неверный шаг, — и всё, и никто этому не удивиться. Какие уж тут странности. Но всё же, да и не было рядом никого посторонних. Видимо с полной очевидностью уже насытились убийствами, жуткими легендами и пересудами.

— Вернуться, очень скоро вернуться — ответил Петр Васильевич, ничего при этом не объяснив.

— Ну, хорошо, а сколько ждать? — спросила мама Кости.

— Час, дайте им ещё час времени — уверенно ответил Петр Васильевич и отошёл в сторону, и вновь нервно закурил.

Кречетов сразу не последовал в сторонку за товарищем. Он произнес ещё пару дежурных фраз, чтобы успокоить родителей пацанов. Он так же закурил и лишь затем присоединился к Петру Васильевичу, который в одиночестве сидел на лавочке, опустив голову вниз, думая о чем-то своем.

— И что ты мне скажешь? — спросил Кречетов, сделал это спокойно, без всякой нервозности и напряжённости.

— Убить собаку, её хозяина могут только полицейские из двадцать первого года следующего века. Всё должно быть так, как написано в той странной притче, написанной Андреем — проговорил Петр Васильевич, не поднимая головы, не смотря на Кречетова.

— Но они ведь, как я понимаю, ничего не знают ни о собаке, ни о её хозяине. Поэтому данное дело видится мне проблематичным. Я уже не говорю о том, что мы в нормальном времени, а они в том самом фантастическом будущем. И почему полицейские, а не милиционеры?