– Как тебя зовут? – спросил ее Вонючка, пока она передвигала свое кресло.

Лем похрустела костяшками пальцев. Взяв карты, разложила их по столу веером, быстро смахнула их и тут же перетасовала, затем сложила в идеально ровную стопку и поставила ее перед изумленными детьми. Она бросила на стол свои кредстики и улыбнулась.

– Можете называть меня Шеф.

1.22. Самопожертвование

– Будет больно? – спросил Иезекииль.

– Так же, как было, когда тебе оторвало руку? Нет.

Иезекииль сидел на верстаке, искоса поглядывая на массивную руку.

– Может, не обязательно это делать? Моя рука скоро отрастет.

– Не будь ребенком. Снимай футболку, Контуженый.

– … Ты теперь снова меня так называешь?

– Снимай. Футболку.

Репликант вздохнул, взялся за нижний край футболки здоровой рукой и стянул ее через голову. От ран, оставленных пулями Проповедника, не осталось и следа – его кожа вновь была безупречной. Ив старалась не замечать, как напрягались мышцы у него на руке, перекатывались по спине. Старалась не смотреть на рельефную грудь, словно вытесанную скульптором, на подтянутую косую мышцу, спускающуюся под джинсы.

Старалась, но не смогла.

– Хорошо, – сказала она. – А теперь сиди смирно.

Девушка поднесла протез к обрубку его руки. Большая часть бицепса и кость под ним уже восстановились, поэтому ей нужно было модифицировать конечность, чтобы та подошла. Опустив на глаза сварочные очки, Ив приступила к работе. Закончив, она прикрепила киберруку к его кости при помощи специальной манжеты и сочувственно поморщилась, когда репликант зашипел от боли.

– Прости, больно?

– Не щекотно. – Иезекииль скорчился. – Ты уже делала это раньше?

– И не единожды.

– Получилось здорово.

– О, благодарю вас, добрый сэр.

Ив закрепила протез кожаным наплечником и несколькими ремнями, натянув их поверх слота для монет, прикрепленного болтами к его груди. Ее пальцы коснулись его кожи, и она не могла не заметить, как по Изекиилю тут же побежали мурашки. Девушка принялась затягивать по очереди каждую из пряжек, пока наконец их лица не оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. Глаза Иезекииля остановились на ней, и Ана в ней задышала сильнее, в то время как Ив изо всех сил пыталась не обращать на него внимание.

– Ты пялишься, – наконец произнесла она.

– Мне перестать?

Ив прогнала бабочек из своего живота и схватила связку ретрансляторов – длинные хирургические стальные иглы, которые вставлялись прямо в позвоночник, – чтобы подключить его руку к нейронной сети. При нормальных обстоятельствах эту процедуру следовало проводить с анестетиком, в стерильных условиях, но девушка решила, что раз репликанты по сути не были людьми, то скорее всего они не были восприимчивы к обычным инфекциям. Дело в том, что она даже не знала, распознает ли протез искусственную нервную систему.

– Так, а вот сейчас будет по-настоящему больно, – предупредила Ив.

– Будь понежнее со м…

Иезекииль поморщился, когда она воткнула иглы ему в кожу, подключая протез к позвоночнику. Крови почти не было – раны тут же затягивались. Ив увидела, как под его кожей напряглись мышцы, на шее вздулись вены. Подключив блок питания, она подождала, пока установится соединение и старый протез загрузится. Наконец, на пыльном светодиодном экране загорелись крошечные зеленые огоньки.

– Хорошо. – Ив потерла руки и отошла. – Испытай ее.

Иезекииль, нахмурившись, посмотрел на руку. Ржавые пальцы медленно сжались в массивный кулак. Он напряг бицепс и под свист гидравлики согнул руку в локте. Повертел запястьем. Потом криво улыбнулся, и на его щеке появилась ямочка.

– Для первого раза у тебя неплохо получилось.

– Это старая фабричная модель, – ответила Ив. – Но она очень мощная. Попробуй сломать что-нибудь.

Иезекииль спрыгнул с верстака и вытащил из кучи запчастей стальной кронштейн. Приводы и поршни зашипели, и он раздавил металл в кулаке.

– Впечатляет, – кивнул репликант.

– Ладно, теперь тест на тонкие моторные движения. Попробуй сделать что-нибудь нежно.

– …Что, например?

– Не знаю. – Ив оглянулась по сторонам. – Дай волю воображению.

Иезекииль подошел к Ив. Встал так близко, что она почувствовала запах его пота. Металла. Машинной смазки. Нарочито медленно он опустил руку и взял ее ладонь в свою. Провел большим пальцем по ее костяшкам.

– Ну как? – спросил репликант.

Она посмотрела ему в глаза. Ее сердце учащенно забилось. Во рту пересохло. Разбираясь с ворохом мыслей, с чувствами, которые пробудило в ней его прикосновение, Ив вдруг осознала, что, в отличие от вчерашней ночи, ей не хотелось упасть в его объятия, чтобы забыться.