— В смысле? — не поняла великая княжна.

— Я видела, как ты купила то зелье и выпила его перед прилётом его самолёта, — сузив глаза, произнесла мультяшка.

Возникшее облако эмоций вокруг великой княжны стремительно пронеслось к Некрасовой и немного вскружило ей голову.

— Никому из них не говори! Я хочу подольше наслаждаться любовью, а быть матушкой я не готова! Я вообще удивлена, что ты не сделала также! — быстро произнесла блондинка.

— Я что дура травиться алхимией? У меня и так особое тело. Я это осознаю, — пробормотала Аня.

— А можно подробнее? Я всё хочу знать о мультяшках!

— Да-да, ты уже говорила. Когда мы влюбляемся, мы отдаёмся этому полностью. Иногда мужчины от моих родственниц даже пытались сбежать. Однако во время занятия любовью нам сносит крышу. Если бы ты не вырубилась после своей очереди, увидела бы. Мне рассказывали, что пока мы не выжмем мужчину, нас не попустит. Поэтому отец и говорит, что его моя мама чуть не отправила на тот свет, — усмехнулась дочь Салтыкова.

— Фу-у-у, у меня богатое воображение, не рассказывай о таком! — возмутилась Варвара.

— Ой, да неважно. Меня тоже накрыло, я запомнила только бесконечное наслаждение, потянулась поцеловать его… и вырубилась. А проснулась со свежей головой. Думала, что всё, у меня будет дочка, но все три теста показали отрицательный результат. Похоже, что-то не так с поцелуями нашего Грачёва. От них клонит в сон, да ещё почему-то сон в теражабе был чем-то на это похож…

— Ой, да какая разница? Если понравилось и можно повторить, нет никакой проблемы! — заявила великая княжна.

— Ну, со мной никаких проблем. А вот у Его Императорского Величества могут быть вопросы по поводу фиктивности брака. Отцу внучатого племянника такое принято прощать, а вот насильнику… вряд ли. Так что сушим сухари, вроде бы, их можно в логово передать, — усмехнулась Некрасова.

— «Насильнику»? Если бы он меня не остановил в самом начале, я бы сама была «насильницей». Это был мой план обойти все запреты и угрозы! — произнесла Варвара.

— Но это тебе не так понравилось бы, как его доминирование. Я же видела, что тебе это просто жуть, как нравится! — быстро подойдя к уху подружки, тихо произнесла Аня.

В тот же миг впервые за разговор блондинка стала пунцовой и при этом попробовала сесть на корточки и спрятать лицо за ладони, но её пронзила боль в пострадавшем месте.

— Ой… а мы прошли ещё только половину пути. Ну почему до гостиницы на машине не добраться? И вообще, почему ты так пляшешь вокруг? Не болит? — прошептала великая княжна.

— Я же мультяшка, да и не в истинном облике всё равно. Сейчас не болит, но каждый раз я девственница. У меня ж регенерация до «нормы». Беременности это не помешает, но после родов я вернусь к «норме». Так что для меня каждый раз будет больно, поэтому слова Аркадии для меня правда. И этому я порадоваться точно не могу. Ладно, хватайся за руку. Не те зелья ты пьёшь, ой не те, — произнесла Некрасова.

Варвара остановилась, хлопнула себя ладонью по лбу и достала пузырёк из пространственного артефакта.

— Ты серьёзно? У тебя было целебное зелье, и ты его не использовала? — проворчала Аня.

— *А-ах*! Пошли, подруга, — заявила великая княжна, испив лекарство.

— Знаешь, я сама себя там не трогала, а вот ты в курсе, ведь я за тобой следила. Ну, и как лучше? Самой или с мужем? — ехидно произнесла мультяшка.

Варвара снова стала пунцовой, но в этот раз постаралась убежать, оставляя после себя шлейф смущения.

Некрасова пошла по его следу, довольно впитывая аромат эмоции. За последние сутки она наслаждалась ими снова и снова…

Ден Грач

Мы вышли из ЗАГС-а, где официально была зарегистрирована помолвка между мной и Верой Грачёвой, после чего девушка отправилась на такси в аэропорт.

— Она странная, не находишь, дорогая? — спросил я у Аркадии.

— В чём-то я её понимаю. Когда долго сидишь в своей усадьбе, она начинает казаться защитной раковиной или тюрьмой. Для меня это был второй вариант. Для этой девушки первый. В её требованиях нет чего-то чрезмерного, а её выбор только её, — произнесла моя третья жена, обнимая мою руку.

— Да нет, я не про это. Всё условия брачного предконтракта, которые она озвучила, ей предлагались ещё её отцом. Ты видишь, людей она не боится. Божью коровку, которая села на неё, она бережно взяла и положила на листик. В чём проблема убить схожих монстров?

— «Бережно»? Как по мне так предобморочно, — фыркнула Аркадия. — Девочка себе на уме, но от тебя она почти не отрывала взгляда. Смотрела почти так же, как Варвара.

— Как на жука, да, — мысленно кивнул я, вспоминая первую встречу с великой княжной, — то есть она меня боится?