– Ты в порядке? – улыбается Макс.

– Не знала, что это теперь так называется, – выдыхаю я, вызывая у Макса смешок. – А как там у тебя в шортах?

– На мгновение почувствовал себя подростком, – ухмыляется он. – Ты потрясающая, знаешь?

– Не знаю, – глупо улыбаюсь я.

Макс проводит подушечками пальцев по моей спине, и даже сквозь ткань футболки я чувствую приятное покалывание. Он целует мои губы и мычит, словно никогда не пробовал ничего вкуснее. И я ощущаю внутри особый трепет.

– Ты потрясающая, Лагуна, – снова шепчет он. – И ты должна знать это. И знать то, что я хочу не просто видеть, как ты кончаешь. Да, я люблю смотреть на тебя в моменты оргазма, но я хочу доставлять тебе удовольствие не только в сексе. Хочу заботиться о тебе не только в постели, но и за ее пределами. Позволь себе почувствовать то, что есть между нами, Эми. Перестань так много думать.

– А что между нами? – шепчу, оглушенная ударами собственного сердца.

– Ты скажи. – На его губах появляется улыбка, и он тянется ко мне, чтобы убрать прядь волос за ухо.

В груди переизбыток чувств. Каждый нерв моего тела накаляется от невероятного тепла из-за его слов.

– Ты делаешь меня счастливой, – шепчу я. – Но мне страшно привыкнуть к тому, что ты рядом. А если я привыкну, а ты уйдешь, то… я не знаю, как я…

– Я никуда не уйду без тебя. – Он целует меня. – Мы взрослые, Эми. Ты совершеннолетняя. И даже если случится так, что наши отцы не примут наш выбор, мы просто улетим куда-нибудь вдвоем. Слышишь?

Киваю, замечая, что глаза наполняются слезами.

– Ты нужна мне. – Макс тяжело сглатывает, и по моей щеке стекает слеза, которую он тут же смахивает подушечкой большого пальца. – Я ни за что на свете не потеряю тебя снова, – шепчет он, выбивая из моих легких воздух, и сладко целует, заставляя меня позабыть обо всем. – Я люблю тебя, Эми.

Позже, когда мы оказываемся в одной постели, я крепко прижимаюсь к обнаженной груди Макса, пока он перебирает пальцами мои распущенные волосы. Я смотрю на звездное небо, и улыбка не сходит с моих губ, ведь только что мужчина, которого я загадала на рассвете, стал для меня всем. И от этой мысли сердце переполняет удивительное осознание, что теперь я знаю, что такое счастье и что оно осязаемо.

В полдень мы возвращаемся на Гамильтон, и я пылко целую Эми на прощание, прячась между пальм. Сегодня в баре у меня ночная смена, а потому эту ночь я не проведу в ее постели и мы увидимся лишь под утро. Мы могли бы отправиться вместе в ее бунгало, но сейчас мне нужно помочь отцу с бумагами для тендера, а затем у нас тренировка с Арчи. Поэтому я отпускаю ее, хоть и безумно этого не хочу, и следом за Арчи захожу в наш дом.

– Мам, мы дома! – кричу я с порога.

– Ты снова был со своей девушкой? – вскидывает бровь мама.

Арчи с ухмылкой проходит мимо меня и по дороге на кухню целует маму в щеку.

– Мам… – выдыхаю я со стоном.

– Когда ты уже познакомишь нас? Я не понимаю, что в этом такого. Я что, многого прошу? Ты проводишь с ней каждую ночь с того самого дня, как вернулся на остров! Даже не вздумай снова сказать мне, что у вас не серьезно!

– Мам… – снова пробую я.

– Ты что же, стесняешься своей семьи?

Боже, помоги.

Пока я молюсь про себя, Арчи ржет с кухни.

Гребаный подкидыш.

– Нет, мама. Я уверен, что вы ей понравитесь. Просто еще не время. Клянусь тебе, что я вас не стесняюсь.

– Надеюсь, это будет до твоего возвращения в Сидней.

Я тоже надеюсь.

– Кстати, Дин звонил, – доносится голос отца, выходящего из спальни.

– Всё в порядке? – Я хмурюсь.

– Да. – Отец подходит ко мне, чтобы приобнять. – Они с Карен хотят прилететь на пару дней накануне тендера, чтобы помочь нам.

– А как же ресторан? – интересуюсь.

– Дин сказал, что нашел толкового управляющего, который справится там во время их отсутствия.

– Хорошие новости.

– Ну, ему приходится крутиться, пока ты здесь. Я не понимаю, почему ты вообще возишься со мной. Возвращайся в Сидней, я в полном порядке.

– Пап, у тебя был инфаркт. – Я свожу брови к переносице.

– Подумаешь, инфаркт. Да и что изменится от твоего присутствия здесь? Я не умру в случае чего? Стану бессмертным?