– Да, ты права. Обычно у меня все схвачено, но… Я просто хочу, чтобы Эмбер была счастлива. Мне кажется, что я слишком многое взваливаю на ее плечи. Этот тендер… Она постоянно в работе и бумажках и… я просто хочу как-то ее порадовать. – Он шумно выдыхает. – Ей же понравится подвеска, да? Она ее порадует, как думаешь?

Поджимаю губы.

– Знаешь, пап, я считаю, что нам нужно нарушить утреннее правило отказа от Пина Колады. Тебе бы сейчас не помешал коктейль. Даже не один.

Папа коротко смеется.

– Мне еще возвращаться, не забывай.

– Тогда у меня есть идея.

– Идея?

– Да. Что, если вам с Эмбер устроить романтик на острове сегодня?

– Романтик?

– Да. Коктейли, джакузи, массаж?

– Русалочка, ты же знаешь, что нам некогда, ведь у нас полно работы?

– Это всего один вечер. Несколько часов. Я обо всем договорюсь с отцом Клэр. Сейчас же его наберу. Что скажешь? – загораюсь я.

– Я даже не знаю… Это неудобно…

– Пап. Все. Это не обсуждается. Я все решу!

Папа мешкает.

– Это очень дорого.

– Я дам пару уроков в отеле отца Клэр. Не беспокойся об этом, пожалуйста. Вам с Эмбер нужно немного отвлечься. Да и ты давно не делал для нее сюрпризов. Когда ты вообще в последний раз водил ее на свидание?!

Он хмурится, а затем словно пытается вспомнить и замолкает.

– Я ужасный муж. Она определенно со мной несчастна, – выдыхает отец, качая головой.

Я стону от недовольства.

– Отставить хандру. Давай выберем ей самую невероятную подвеску, а затем ты устроишь ей не менее невероятный романтик. Отличный план?

– Самый лучший, – усмехается папа, и мы перебегаем дорогу к тому самому ювелирному в гавани.

– Не могу поверить, что ты затеял всё это ради девчонки Ричардсонов, – бубнит Арчи, причаливая к берегу. Катер покачивается на волнах, пока брат швартует его к пирсу, не переставая при этом повторять то же, что и все те тридцать минут, что мы сюда плыли. – Если кто-то узнает, что я взял этот катер, меня уволят.

– Никто не узнает.

– О, правда? – сочится сарказм из его рта. Арчи обводит рукой переполненный лодками и яхтами причал Шут-Харбора и продолжает: – Конечно, мы ведь на нем в открытый океан вышли, где нас никто не заметит.

С моих губ срывается тихий смешок, но брату удается его услышать.

– Я рад, что тебе весело. Но если я останусь без работы…

– Не останешься, мы будем осторожны.

Арчи пронзает меня гневным взглядом.

– Ничего не случится, – в тысячный раз повторяю я.

– Ты так спокоен, что это бесит. То, что вас с Эммелин могут заметить, волнует тебя гораздо сильнее, чем то, что если кто-то узнает, что я угнал катер отеля…

– Ты его не угнал. И отель принадлежит отцу Клэр, подруги Эми. Так что если что…

– Если что?! – перебивает меня Арчи.

Я коротко смеюсь.

– Ты мне должен, – указывает на меня пальцем брат.

– Знаю.

– А вообще, я не понимаю, зачем ты все это затеял. Обычно подобные свидания устраивают для того, чтобы затащить кого-то в постель. А тебе Эми уже дала. И не один раз.

Пригвождаю его взглядом к месту.

– Арчи, если ты не хочешь, чтобы я прямо сейчас сбросил тебя с палубы, то закрой рот. Я не позволю тебе так говорить о ней.

Брат отводит взгляд и убирает руки в карманы шорт. Некоторое время он молчит, а затем тихо произносит:

– Прости, ладно? Она мне нравится. И я понимаю, что у вас это больше, чем секс. Но я не хочу, чтобы с отцом снова что-то случилось. Ты ведь знаешь, что будет, когда ему станет известно о ваших отношениях?

– Мы постараемся не попасться до итогов тендера.

– Будто это что-то изменит, – грустно усмехается он. – Если победим мы, то Ричардсон определенно будет недоволен. А если победят они, то отец взбесится. При любом раскладе они по-прежнему не будут ладить. И вы с Эми просто оттягиваете неизбежное.

Он слишком много болтает.

– Это плохо кончится, – качает головой Арчи. – Не будь эгоистом и подумай о семье.

Я стискиваю зубы, ощущая, как по венам растекается гнев. Три года назад я уже подумал о семье вместо того, чтобы быть с Эми в ночь ее совершеннолетия, как однажды пообещал. Я лишился возможности любить ее все эти годы просто потому, что был обязан Дину.