Спуск прошел без приключений, и едва я покинул здание космопорта, оказался на улице, как тут же по моему обонянию буквально ударили запахи родного мира, едва не отправив в нокаут.

Пахло приближавшимся летним зноем, морской солью, спокойствием и умиротворением.

Стояла поздняя весна, и каары — популярные среди знати Тирра деревья, уже распустили свои ярко-синие листья, которые шелестели на ветру, что напоминало морской прибой.

Кто не видел лес каар, тот очень многое потерял. У этих деревьев, как я и сказал, листья ярко-синего цвета, но на обратной стороне они светло-зеленые, даже белесые.

Когда дует сильный ветер, лес в мгновение ока перекрашивается, и это поистине удивительное и прекрасное зрелище.

Впрочем, на графской аллее росло множество каар, и едва я шагнул вперед, сильный порыв ветра заставил листья затрепетать, на мгновение перекрасив деревья, сделав их белыми, а спустя секунду они снова окрасились в свой привычный ярко-синий цвет.

— Лэнги!

Я повернулся на голос и, к своей огромной радости, увидел приятеля Грифа. Помимо него меня встречала мать. Она обняла меня, потрепала по голове так, как делала это, когда я был маленьким.

— Я очень рада, что ты дома…

— Я тоже, мам, я тоже…

* * *

Мы приехали во дворец, лишь по дороге я успел перекинуться несколькими фразами со своими самыми близкими людьми.

Однако по приезду они меня ненадолго оставили: мать отправилась раздавать поручения слугам, чтобы немедленно доставили мои вещи, а Гриф бросился проверять ужин, организованный в честь моего возвращения.

Я же, рассевшись на перилах балкона, ел сладкий виноград, который так любил, и разглядывал живописнейший вид, от которого успел отвыкнуть, и он уже поблек в моей памяти. Казалось, все это было так давно и не по-настоящему…

Но теперь, наоборот, перипетии службы и далекий Вергин-4 остались позади.

Я наслаждался минутами покоя и старался ни о чем не думать. Отец не смог меня принять в связи с подготовкой к грядущему дню Испытаний. Он был очень занят, но мне это было только на руку. Я предчувствовал долгий и тяжелый разговор, и очень хорошо, что ему не суждено состояться в такой прекрасный день.

Пока что я могу позволить себе расслабиться, дышать чистым воздухом Тирра с примесью весенних цветов и морской соли, могу просто любоваться видами…

Дворец стоял на холме, и из любого его окна, балкона можно было лицезреть огромный графский парк, по аллеям которого я любил гулять. Вдалеке виднелись многоэтажные дома — это уже начинался город.

Небо затянуло тучами, и на пляже было пусто. Обычно спокойное ласковое море покрылось бурунами, волны грозно накатывали на берег.

Близилась буря.

Глава 13

Большая политика

— Сир… — пожилой мужчина опустился на колено, приветствовав сюзерена, как того велят традиции.

— Ну, хватит, — сир скривился, — тут нет посторонних, к чему эта клоунада? Садись и рассказывай.

— Да, собственно, я все изложил в своем отчете.

— Знаю, читал, но я хочу услышать твои собственные выводы и как ты оцениваешь случившееся.

— Что ж… Главное, что мы всецело добились своих целей. Мусорщики ударили именно туда, куда мы ждали. Конечно, было несколько опасных моментов. Если бы у них было чуть больше сил…

— Мы с тобой просчитали все и знали, что на большее они не способны.

— Удачный налет на хранилища графа Орта мог их воодушевить, другие кланы мусорщиков могли примкнуть к этому и…

— Случилось, как случилось, — прервал говорившего сюзерен, — единственное, о чем я жалею, что не послушался тебя и позволил мусорщикам провернуть обманный маневр. Наместник сектора, болван, слишком долго собирал силы.

— Если бы он обладал нужной информацией, то действовал бы иначе…

— Я всегда удивлялся тому, что ты защищаешь тех, кто у тебя за спиной тебя же поносит, — рассмеялся сюзерен, — и не говори мне, что ты не знаешь, какого мнения о тебе наместник.

— Знаю, но мне плевать, что он обо мне говорит. Он — хороший управленец и находится на своем месте.

— А как же насчет его промаха с мусорщиками?

— Там любой бы ошибся.

— Что ж, ладно, — хмыкнул сюзерен, — что насчет учебного комплекса?

— Основа заложена. Все, кто мог разлагать дисциплину, мог мешать нашим планам, были отправлены на другие аванпосты. Для боевых частей они не годятся, но могут послужить на благо графства в других местах, а некоторые лишились званий.