Однако… «Он уже почти обо все догадался сам, – мысленно ответила воображаемой бабушке Джоанна. – Сам понял, что происходит».

Она подозревала, что Ник предполагал, в чем дело, с той самой секунды, как дотронулся до перекрашенной двери кондитерской, покрытой слоем пыли. Если не подтвердить то, что он и так уже знает, можно потерять его доверие.

– Мы переместились во времени, – глубоко вдохнув, объявила Джоанна. – Тот блондин утянул нас за собой в будущее.

Ник, может, и догадывался, но, услышав ее слова, заметно поразился и от потрясения даже сделал шаг назад.

– Я видел цветы на тех зимних деревьях.

– Думаю, сейчас уже весна, – кивнула Джоанна.

– Когда нападавшие возникли из ниоткуда, я решил, что они телепортировались из другого места, – пробормотал Ник, словно рассуждая вслух, и провел рукой по густым волосам. – Но они явились из другого времени, так?

Именно поэтому он до сих пор представлял опасность – с тренировками или без них. Не только из-за своей силы, но и из-за способности связывать воедино факты и делать на их основе новые выводы.

– И долго мы отсутствовали? – Похоже, его только сейчас накрыло понимание последствий. – Та мемориальная табличка… Мои родные считают меня пропавшим без вести, верно? Или погибшим!

– Мне очень жаль, – только и сумела выдавить Джоанна. – Я не знаю. – Она по-прежнему гадала, почему ее имени не было на той надписи. – Мне казалось, что мы переместились вперед всего на несколько месяцев, но… – Покачав головой, девушка призналась, в том числе самой себе: – Полагаю, прошло несколько лет. – Слишком уж многое изменилось для короткого отрезка времени.

– Лет? – Теперь Ник выглядел по-настоящему ошеломленным. – Я должен настроить телефон и срочно позвонить родным.

– Нельзя! – несмотря на сочувствие, возразила Джоанна. Собеседник ошарашенно воззрился на нее. – Нельзя сообщать им, что ты жив.

Она тоже не могла позвонить отцу, поэтому так тяжело было запрещать Нику связываться с семьей. С тех пор как умерла мама, они с папой остались вдвоем. Он волновался всякий раз, как дочь задерживалась, не позвонив заранее. Она едва выдерживала мысль о том, что ему пришлось справляться со всем в одиночку несколько лет.

Ник недоверчиво таращился на спутницу, явно стараясь переварить услышанное.

– Потому, что я буду выглядеть слишком молодым? Знаю, нужно хранить в тайне этот мир… Но мои родные ничего не скажут!

Джоанна почувствовала, как подступают слезы. Папа бы тоже никому ничего не сказал. Боже, сколько же времени они с Ником отсутствовали?

– Мы не можем вовлечь их в столь опасное дело, – наконец прошептала она, силой воли пытаясь внушить эту мысль расстроенному парню. – Нужно защитить родных от наших преследователей. Они не ведают жалости.

Ник снова затряс головой, но Джоанна видела, что сумела до него достучаться. Она пообещала:

– Моя бабушка поможет нам. Она мамина мама и подскажет, как поступить. Чтобы ее найти, необходимо добраться до Куинхита.

– И она поможет? – Лицо Ника чуть просветлело.

– Обязательно, – кивнула Джоанна.

Конечно, бабушка рассердится на бестолковую внучку, сообщившую простому человеку столько деталей о мире монстров, но все поймет, когда выслушает объяснение, потому что любит ее. И позаботится о Нике, если Джоанна попросит. Она знала, что так и будет.

Внутри вокзала работала только одна касса. Скучающий мужчина в красной форменной кепке зевал, таращась в телефон, который поставил на окошко, чтобы переводить взгляд с экрана на посетителей, не шевеля головой. Джоанна предположила, что кассир смотрел матч по крикету или регби, так как расслышала приглушенные крики болельщиков и ремарки комментатора с австралийским акцентом.

– Два билета до Блэкфрайерс, – попросила она, низко опустив голову и жалея, что не может скрыть лицо за кепкой: на железнодорожных станциях всегда было полно камер.

– Девяносто девять восемьдесят, – лениво бросил мужчина с именным бейджем «Марк».

– Что? – вклинился Ник. Он внимательно следил за внутренней обстановкой станции на случай, если появится какая-либо угроза, но теперь обернулся к кассиру. В восклицании прозвучало куда большее удивление, чем от всех предыдущих откровений. – Сотня фунтов за два билета до Лондона?

– Такая цена, – пожал плечами Марк.

У Джоанны не было при себе таких денег. В кармане осталась дебетовая карта с небольшой суммой на непредвиденные расходы, например чтобы пополнить баланс на телефоне, но если воспользоваться терминалом, это непременно привлечет внимание преследователей. При условии, что счет еще не заблокирован, конечно.