— Я вас услышал, Евгений Максимович, — тяжело и продолжительно вздохнул Романов, — в конце концов это не самый плохой вариант развития для нас.

— Согласен…

— Так, — продолжил Романов, — а что у нас на внутренних фронтах творится? Я имею ввиду национальные образования — Азербайджан с Арменией в первую очередь интересуют.

— В Карабахе все гораздо спокойнее, чем в Кандагаре, — позволил себе шутку Примаков, — в разы спокойнее. Но это не значит, что проблемы там полностью отсутствуют.

— А где их нет, проблем-то? — ответно попытался пошутить Романов, — на кладбище разве что… да и то вряд ли — там тоже иногда кое-что поделить не могут.

— Все верно, Григорий васильевич, — ответно вздохнул Примаков, — все верно — недавно разбирался с одним спором по Новодевичьему кладбищу, страсти серьезные кипели. А по Карабаху все более-менее ровно… уличных демонстраций и беспорядков с 86 года не наблюдалось совсем. Однако транспонировать эту схему на другие спорные территории пока не удалось… и я думаю, что спешить с этим не следует.

— Какие спорные территории вы имеете ввиду? — уточнил Романов.

— Абхазия и Южная Осетия в Грузии, — тут же был готов ответ у собеседника, — Приднестровье в Молдавии, Ферганская долина в Средней Азии… ну и юго-восток Украины, конечно, но это в самую последнюю очередь.

— А что не так с Ферганской долиной? — заинтересовался Романов, наливая еще по одной порции элитного коньяка Двин.

— Там все не так, Григорий Васильевич, — ответил Примаков после того, как опрокинул стопку, — это один из немногих плодородных оазисов в том региона. Площадью, на минутку, почти в 25 тысяч квадратных километров. Это два с половиной миллиона гектар. Со всех сторон долину защищают горы, Кураминский, Туркестанский, Алайский и Ферганский хребты, так что климат там субтропический. По долине протекает река Сырдарья, от нее отведены многчисленные каналы для орошения. Так что если подытожить, то это настоящий рай посреди окружающих пустыней и гор.

— Понятно, — проговорил Романов, — а территориально к кому она относится, эта долина?

— В том-то и дело, что к трем республикам — Узбекистану, Киргизии и Таджикистану. Размежевание территории проводилось в 20-е годы достаточно волюнтаристскими методами, поэтому у соседних народов накопилось приличное количество претензий на этот счет…

— Ясно, — почесал затылок Романов, — и сейчас они хотят переделить этот плодородный кусок земли, каждый в свою пользу, верно?

— Абсолютно в точку, Григорий Васильевич, — улыбнулся Примаков. — Наибольшее напряжение сейчас существует между киргизами и узбеками… дело в том, что в Ошской и Джелалабадской областях Киргизской ССР, входящих в эту долину, проживает большое количество узбеков. А киргизам это не очень нравится… в их среде возникают даже лозунги типа «Киргизия для киргизов». Ну и доступ к оросительным каналам от Сырдарьи идет через узбекские территории, и узбеки периодически прикрывают стоки. Не так, чтобы совсем, но значительно. Что уменьшает урожаи на киргизских землях.

— Даааа, — вторично начал чесать голову Романов, — ситуация не из простых… что вы предлагаете сделать для восстановления порядка?

— Это очень сложный вопрос, Григорий Васильевич, — Примаков еще раз разлил Двин, потом продолжил, — можно пойти прямо и грубо, а можно обходным путем и косвенно… знаете такую книгу «Стратегия непрямых действий»?

— Лиделл-Гарта по-моему, — тут же ответил Романов, — читал, как же — очень любопытная стратегия.

— Так вот, если руководствоваться этой теорией товарища Лиделл-Гарта, — продолжил Примаков, — то лучше не вводить туда войска и не налагать прямые запреты на собрания, митинги, демонстрации и так далее…

— И что же надо сделать вместо этого? — заинтересованно наклонил голову набок Романов.

— Надо занять чем-нибудь массы, вот чем, — бухнул свою идею Максимович, — чтоб у них не было времени на разные глупости.

— Например? — поднял брови Романов, — детализируйте пожалуйста.

— Да, конечно, — Примаков посмотрел на бутылку Двина, генсек понял его и набулькал рюмку практически до краев, себе вдвое меньше.

— Итак, — продолжил Примаков, ополовинив емкость, — в чем кроется коренная проблема Узбекистана и Киргизии? Да и остальных азиатских республик тоже…

— В чем? — подыграл ему Романов.

— У них там очень большой прирост населения, по сравнению с остальным Союзом так чуть ли не втрое выше, а территорий, пригодных для занятия сельским хозяйством, очень ограниченное количество. А у них там традиция такая со времен Тамерлана — копаться в земле с утра до вечера. Поэтому площадь сельхозземель, приходящаяся на одного азиата с каждым годом все уменьшается и уменьшается. Отсюда и проистекают обозначенные выше проблемы… особенно если это связано с межнациональными делами. В Ферганской долине эта ситуация вообще доведена до крайности. Там минимум три народа соседствуют буквально бок о бок.

— Минимум? — задал наводящий вопрос Романов.

— Ну да, так-то кроме узбеков, киргизов и таджиков там еще и корейцы есть, и езиды, и турки-месхетинцы с чеченцами, ни не все вернулись обратно после реабилитации 50-х годов.

— И что вы предлагаете?

— В города их надо переселять, Григорий Васильевич, в города, — высказал свою основную мысль Максимович, — и занимать в промышленности. Тогда болевые точки на земле будут купированы… такое мое мнение.

— То есть надо строить там заводы, вы это хотите сказать?