— Хорошо, — ответно улыбнулся Кулиджанов, — давайте будем говорить прямо и без обиняков. Короче говоря, в текущий момент наше кино немного замедлило свое поступательное движение — если в 70-х годах каждый год выпускалось минимум по 5–10 шедевров, то в 80-х это количество снизилось до 1–2… ничего страшного в этом нет, обычные издержки роста, которые преодолеваются со временем. Однако проблема тут заключается в том, что наш Союз массово атакуют молодые его члены… глядя на общую ситуацию в стране, они хотят поднимать темы, которые ранее, скажем так, не афишировались…

— Например? — поднял брови Романов.

— Например, эротику и секс, — бухнул Кулиджанов, — а также подростковую преступность, некоторые трения в межнациональных отношениях и критику власти по самым разным поводам.

— В самом деле? — усмехнулся Романов, — молодежь хочет секса и эротики?

— Ай-яй-яй, какая неожиданность, — закончил свою мысль он, — кто бы мог подумать…

— Раньше эти темы в нашем обществе были довольно строго табуированы, Григорий Васильевич, — отвечал ему режиссер, — но сейчас благодаря вашей деятельности многое же меняется… вот и приносят на Мосфильм, например, такие сценарии.

И он вытащил из папки с тесемочками пару листочков, заполненных убористым шрифтом.

— Интересно, что сейчас молодежь в сценариях пишет, — заинтересовался генсек, — расскажите в общих чертах.

— Вот номер один в списке… рабочее название «Маленькая Вера».

— Уже интересно — почему Вера и отчего она маленькая?

— Ну тут довольно обычная история одной рабочей семьи из маленького города, отец сильно пьющий, дочь Вера непутевая, есть даже какой-никакой конфликт — дать показания на отца, он порезал зятя, тогда его посадят, а если не дать, то он продолжит дебоширить…

— Ну и что же тут такого сексуального? — спросил Романов.

— В сценарий включена очень откровенная сцена между Верой и ее молодым человеком…

— Тааак, — почесал в затылке генсек, — ну когда-нибудь это должно было случиться, перенос сцен секса на экран — в Голливуде, насколько я знаю, редкий фильм обходится без этого. Так что не вижу ничего страшного… следующий пункт в вашем списке какой?

— С условным названием «Фанат», Григорий Васильевич…

— Это болельщиков Спартака так называют, кажется?

— Не только Спартака, а вообще всех болельщиков, — поправил его Кулиджанов, — которые болеют, мягко говоря, за рамками приличия… слышали, наверно — ходят толпами до и после матчей, избивают таких же фанатов, болеющих за другие команды и так далее… но здесь за основу взят не футбол, а боевое искусство, каратэ, может, слышали?

— Ну как же не слышать — Талгат Нигматуллин в фильме «Пираты 20 века» дрался этим стилем… но его же запретили после Олимпиады?

— Все верно, все верно, — побарабанил пальцами по столу Кулиджанов, — однако время идет, нравы смягчаются, официально секций каратэ пока нет, но в полуподпольном виде их достаточно много расплодилось.

— И что же там этот фанат каратэ делает?

— Дерется, что же еще… сделано по образу и подобию так называемых гонконгских боевиков — слышали, наверно?

— Да, конечно — Брюс Ли, Джеки Чан, — отозвался генсек. — На редкость глупые фильмы, кстати, почти без сюжета, одни драки.

— Однако спросом у аудитории этот формат пользуется — вот наша молодежь и решили адаптировать, так сказать, гонконгское кино под отечественные реалии. Но какой-никакой сюжет тут все же имеется… история личностного роста простого парня из глубинки, который посредством поединков или просто драк пробивается к солнцу.

— Да в общем и целом неплохой сюжет, — одобрительно кивнул головой Романов. — Я бы не возражал, пусть снимают… только без излишней жестокости хорошо бы. Еще что-нибудь у вас имеется?

— Да, — глубоко вздохнул Кулиджанов, — есть еще один пунктик… касается видеокассет и видеопроката…

— Так-так-так, — оживился генсек, — и что у вас по этому пункту наболело?

— Так ведь пошло это дело в широкие народные массы, Григорий Васильевич, — горестно сообщил Кулиджанов, — пока полуподпольными путями, на дому просматривают, но как я слышал, обсуждается возможность легализации видеосалонов, верно?

— Действительно, был недавно такой проект, даже на Политбюро его немного обсудили.

— И к чему пришло обсуждение? — живо заинтересовался режиссер.

— Решили продолжать обсуждение, — усмехнулся Романов, — мнения разделились. Но у вас, как я вижу, свое мнение на этот счет имеется — озвучьте пожалуйста.

— Охотно, — откинулся в кресле Кулиджанов, — мое мнение такое — полностью запрещать неправильно, но какими-то рамками оградить следует… ведь если эти так называемые видеосалоны будут открывать на каждом углу, это во-первых будет означать совсем уж бесконтрольную экспансию иностранных фильмов к нам, а там ведь самые разные темы затрагиваются…