Я вижу золотистый отблеск в его глазах, затем его губы обрушиваются на мои. Он издает тихое ворчание, когда я прикусываю его нижнюю губу, затем наклоняю голову, чтобы впиться в его рот. Его язык находит мой, переплетаясь с ним, пока я обвиваю руками его шею. Целуя меня, он начинает тереть мою киску через ткань шорт, и я таю в его руке, жаждая большего контакта с его умелыми пальцами.

У меня перехватывает дыхание, когда Грей отрывается от поцелуя, я нуждаюсь в нем, когда он убирает руку у меня между ног. Тихий стон срывается с моих губ, протестуя против прекращения его прикосновений, и я совершенно не готова, когда он внезапно хватается за пояс моих шорт по бокам, стягивая их вниз вместе с трусиками одним плавным движением. Грей опускается на колени, наклоняется вперед и облизывает языком мою щель.

Черт возьми.

Мои колени подгибаются подо мной — я запрокидываю голову с хриплым стоном, хватаясь руками за стену, чтобы удержаться на ногах. Моя реакция, кажется, только раззадоривает его, потому что Грей хмыкает и закидывает одну из моих ног себе на плечо, прижимаясь ртом к моей расплавленной киске. Мои руки взлетают к его голове, запутываясь в волосах, пока он целует и посасывает мое самое чувствительное место, заставляя все мои сенсорные рецепторы работать в полную силу.

Он начинает сосредотачиваться на моем клиторе, слегка покусывая его, пока входит в меня один из своих пальцев, двигая им внутрь и наружу. Мое зрение сужается, и я крепко закрываю глаза, тяжело дыша и постанывая, пока он продолжает доставлять мне удовольствие своим умелым ртом и руками.

— Грей… пожалуйста… — Я скулю, прижимаясь киской к его лицу, дергая его за волосы. Я так чертовски близка к краю.

— Давай, детка, — говорит он, его хриплый голос отдается грохотом от моей чувствительной плоти, пока он продолжает трахать меня своим пальцем. — Кончи для меня. — Он щелкает языком по моему клитору.

Крик вырывается из моего горла, когда оргазм пронзает меня, мое тело дрожит и извивается от приливов раскаленного добела удовольствия.

Грей

Моя девочка такая чертовски сексуальная, когда кончает. Как только она достигает пика, я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее, продолжая ласкать ее киску пальцем, пока она дрожит и стонет. Когда ее оргазм утихает, я поднимаюсь и встаю перед ней, давая ей возможность отдышаться, пока я стаскиваю свои шорты и отбрасываю их прочь. Я сжимаю свой твердый как камень член одной рукой, поднося другую к ее затылку, наклоняя ее голову, чтобы она посмотрела на меня.

Ее глаза распахиваются, и, черт, она так прекрасна в послесвечении своего освобождения, что я с трудом могу это вынести. Мой член болезненно тверд — я должен овладеть ею, должен быть внутри нее. Я наклоняюсь, чтобы схватить ее за бедра, поднимая их, чтобы они обхватили мою талию, и прижимаю ее спиной к стене для опоры. Она обвивает руками мою шею, крепко прижимаясь ко мне, пока я раскачиваюсь вверх-вниз, потирая головкой члена ее скользкий вход. Я хочу подразнить ее, продлить это, но я не могу ждать ни секунды — я толкаю бедра вперед, погружаясь на всю длину в ее влажный жар.

Еще один крик срывается с губ Фэллон, и я поглощаю его своими собственными, крепко целуя ее, пока мой член входит и выходит из ее маленькой тугой киски. Она крепко обхватывает меня ногами, сцепляя лодыжки, пока я быстро и грубо трахаю ее, прижав к стене. Ее язык переплетается с моим, ее ногти впиваются в кожу моей спины.

Я отрываю свой рот от ее губ, прокладывая поцелуями путь вниз по ее шее к мягкому месту, где она соприкасается с плечом. Ее рот прямо у моего уха, и ее тихие хриплые стоны удовольствия сводят меня с ума. Внезапно я чувствую странное покалывание во рту.… мои клыки опускаются, как будто мой волк хочет пометить ее.

Черт. Такого раньше никогда не случалось, и я совершенно застигнут врасплох. Я стараюсь не паниковать — вместо этого я замедляю свои толчки, хватаю Фэллон за бедра и вырываюсь. Она выглядит немного ошеломленной, когда спускает ноги с моей талии, обретая опору.

Теперь, когда ее киска больше не обвивается вокруг моего члена, я чувствую, как мои клыки отступают, мой волк крадется обратно. Спасибо, черт возьми.

Однако я не могу остановиться. Мне нужно обладать ею таким образом, всеми способами. Все еще держа ее за бедра, я разворачиваю Фэллон, поднимая руки вверх по ее животу к поясу спортивного лифчика и стаскиваю его через голову. Я отбрасываю его, кладу руки на ее идеальные маленькие сиськи и грубо мну их, наклоняя свою голову к ее макушке.

— Положи руки на стену, детка. Выгни для меня свою задницу, — бормочу я ей в волосы, и она мгновенно подчиняется, упираясь руками в стену и выгибая спину, прижимаясь ко мне задом.

Я никогда не забуду, какая она отзывчивая. Какой бы упрямой ни была Фэллон во всем остальном, когда мы в порыве страсти, она всегда так нетерпелива, так охотно соглашается. Я понятия не имел, что она девственница, когда той ночью отвез ее обратно в лагерь стаи — она ведет себя с такой уверенностью, что, наверное, я просто предположил, что она опытна. Тот минет, который она сделала мне в моем кабинете, определенно не кричал «девственница». Каким бы шокированным я ни был, мой волк был чертовски рад, что мы были там первыми. Она великолепна — я все еще не могу поверить, что мне выпала огромная честь быть ее первым.