— Да не спал я с твоей сестрой!

— С сестрой? Не-не-не, я про Александру Л. Джейн, — по-прежнему не поднимая взгляда, сохраняя равнодушное спокойствие медленно проговорила Василиса.

— И?

— Что «и»? Не отрицаешь?

— Не отрицаю.

— Как будешь оправдываться?

— Я не буду оправдываться.

Нарезающий восьмерки мысок кроссовка даже остановился — Василиса заметно озадачилась, хотя глаза не подняла.

— Как это не будешь?

— Зачем мне оправдываться?

Похоже, на такое развитие разговора Василиса не рассчитывала, даже перестав контролировать себя нахмурилась.

— Вась, в случае с Анной Николаевной была причина, я тебе о ней говорил и подробно рассказывал. В случае с Сэнди вообще не вижу никакой проблемы, это тебя просто не касается.

Глаза Василисы отчетливо полыхнули зеленым, после чего она резко встала и вышла из комнаты. Настолько резко повернулась, что футболка сзади слегка задралась и успел увидеть, что под ней действительно максимально короткие джинсовые шорты, создающие впечатление голых ног.

Вздохнув, я все же завалился на кровать. Полежал немного, глядя в потолок.

Ладно, это не Василиса такая, это особенности её прирученной стихии — сказал я сам себе, соскакивая с кровати и выходя в коридор. Сейчас потратить несколько минут лучше, чем получить бешеную на неопределенное время соратницу — или, что еще хуже, противницу. Кто знает, что у нее там в голове творится, куда ее внутренние демоны поведут по развилкам эмоций и ассоциаций.

Дверь в комнату Василисы оказалась не заперта, а сама девушка стояла у окна, всматриваясь в легкие сумерки белой ночи.

— Ну и? — спросила она, едва я дверь за собой прикрыл.

— Что «ну и»?

— Зачем пришел, это же не мое дело? — в голосе яда больше, чем во всем аномальном токсичном циклоне.

Не отвечая, я подошел и мягко взяв Василису за руку, проводил к кровати. Присел на край, потянул вниз, заставляя опуститься рядом. Аккуратно взял ее за подбородок, отметив плотно сжатые побелевшие губы, повернул лицо девушки к себе и осторожно поцеловал.

Василиса нахмурилась и избегая смотреть мне в глаза попробовала отстраниться, но я приобнял ее, положив ладонь на затылок и запуская пальцы в рассыпавшиеся черные волосы.

Все просто. Сейчас она меня оттолкнет, потом поругается немного, полчаса разговора ни о чем, в ходе которого Василиса стравит пар. И пусть еще долго будет презрительно и язвительно вспоминать мою неуклюжую попытку уложить ее в постель при каждом удобном случае, зато я не получу непредсказуемую в поступках избранницу богини войны, которая в ярости пострашнее фурии будет.

Все мои логические построения рассыпались, когда после того как прижал ее к себе Василиса меня не оттолкнула, а наоборот — обняла крепко, начиная жадно целовать. Еще секунда, и девушка потянула меня за плечо, заставляя упасть спиной на кровать. Я все ждал подвоха — или укусит за губу до крови, или все же оттолкнет меня и начнет наконец насмехаться язвительно. И только когда Василиса на краткий миг отстранилась, после чего рывком снятая футболка полетела в сторону, я понял — никакого подвоха не будет.

И это оказалось очень, надо сказать, неожиданно.

Ближе к утру мы успокоились и приходя в себя лежали на широкой кровати. Солнце встало давным-давно, еще часа в четыре утра, но только сейчас заглянуло в неплотно задернутое шторами окошко. Сощурился, посмотрел на часы — без десяти шесть, скоро «вставать» пора.

Василиса лежала с закрытыми глазами, но я вижу, что не спит — ресницы заметно подрагивают. Я вздохнул и сам прикрыл глаза, размышляя: совсем недавно, когда она была сверху и показывала чудеса грации в движениях бедрами, меня вдруг в очередной раз выкинуло из реальности. Я снова отлетал далеко-далеко — сознание тело покинуло, и я вновь оказался на небе в белом облаке, стоя напротив золотого парящего трона, где сидела Афина в белой тунике и с копьем. У меня уже было подобное видение в похожей ситуации, только тогда я был в постели с Анной, когда явившаяся Афина посоветовала мне выходить на испытание посвящения последним.

В этот раз богиня поднялась с трона, обошла меня и приобняв со спины, прошептала на ухо: «Смерть или власть». Очень короткий оказался посыл, но сложный, догнавший меня чередой мыслеобразов, многократно расширяющих смыслы. Помимо прочего пришло понимание, что на экспорт, для других, озвученный богиней лозунг будет звучать: «Смерть или слава», как реверанс в сторону моего прямого покровителя.

Интересно только, кто же мне эту власть отдаст — особенно учитывая, что тот же Брагин мне предельно честно озвучивал не раз, что никто самостоятельно властью делиться не намерен. Вопросы, вопросы. Но в кои-то веки я был даже удовлетворен. Наверное, впервые проблемы глобальные мне кажутся серьезнее тех, что возникали в нашем коллективе из-за личных отношений — так что и не слишком заботит меня возникшая ситуация с Василисой, Сэнди и с Алисой.

Василиса между тем перекатилась по кровати и положив подбородок мне на грудь, открыв глаза поймала мой взгляд.

— Было очень круто, я подобного даже представить не могла.

Надо же, как она умеет мысли и чувства выражать.

— Умножь на три и получишь мое примерное впечатление.

Не лукавил — Василиса оказалась с темпераментом, намного превышающим уровень страсти вообще всех девушек, кого я близко знал. Всех вместе взятых. Может быть оттого, что в ней накопилась энергия странного излучения, пришедшего в наш мир, может быть особенности ее характера и чувственности, а может влияет слепок помогающей ей божественной сущности, не знаю. Но факт.