— Серьезно, Чейз? — рявкнула я, упираясь каблуками в гравий, чтобы удержать равновесие. — Ты все еще полагаешься на внезапность, чтобы нанести удар? Ты жалок.

Моего оскорбления было достаточно, чтобы привлечь его внимание, позволив Зеду выгнуться под ним и оттолкнуть его. Чейз, несмотря на все его стереотипное злодейское величие, явно упустил свои боевые навыки. Зед в мгновение ока поменялся ролями, выбивая дерьмо из моего психованного бывшего с такой яростью, что у меня перехватило дыхание.

Я ничего не делала, чтобы встать между ними, просто стояла в стороне и с минуту наслаждалась зрелищем, когда текла кровь и рвалась одежда. Чейз отбивался, как мог, но Зед был смертельно опасен. Он осыпал тело Чейза градом ударов, нанося их намеренно, чтобы сделать больно, и я получала слишком много удовольствия от звука, с которым Чейз кряхтел от боли.

Вспышка металла привлекла мое внимание за долю секунды до того, как Чейз полоснул Зеда по боку, заставив его вскрикнуть и мгновенно откатиться за пределы досягаемости.

Страх пробежал по моему позвоночнику, когда Зед прижал руку к боку и отдернул ее, покрытую кровью. Он не выглядел обеспокоенным, только более решительным, но я увидела достаточно.

— Прекратите это, — приказала я, вставая между ними, прежде чем они смогли возобновить драку. — Зед, садись в гребаную машину.

Чейз, тоже поднявшись на ноги, ухмыльнулся в сторону Зеда. — Лучше делай, что говорит Дарлинг, Де Роса. Как хорошая собачка.

Я выхватила маленький нож из-за нагрудного ремня и молниеносно метнула его. Короткое лезвие попало в намеченную цель, глубоко войдя в плечо Чейза и заставив его поморщиться.

— Заткнись нахуй, Чейз, — прорычала я, затем бросила еще один предупреждающий взгляд на Зеда. — Садись в чертову машину, пока я не оставила тебя здесь.

Выражение лица Зеда было просто ядовитым, но он неохотно сделал, как ему сказали. Он скользнул на водительское сиденье, упрямый ублюдок, и захлопнул дверцу, когда я развернулась лицом к лицу со своим заклятым врагом.

— Возможно, я пока не могу убить тебя, — сказала я ему с холодной жестокостью в голосе, подходя ближе к тому месту, где он слегка покачивался на ногах. — Но у меня нет никаких угрызений совести по поводу причинения тебе боли. Помнишь сына сенатора, которого ты мучил три дня в день моего шестнадцатилетия? Тот, над которым твой отец велел тебе использовать свое воображение? — Я склонила голову набок, ожидая, что он найдет воспоминание в своем гребаном мозгу.

Он лукаво улыбнулся. — Как я мог забыть? Малыш рыдал как младенец, когда мы его резали. Жаль, что он умер так быстро.

Я внутренне сжалась, когда он сказал мы. Но я ведь помогала, не так ли? Тогда я думала, что Чейз был всем моим гребаным миром. Не важно, как сильно он причинил мне боль, я все равно делала все, о чем он меня просил.

Отбросив чувство вины, я одарила Чейза жестокой улыбкой, такой же улыбкой, которую я сотни раз видела у его матери, прежде чем я ее убила. — Напомни еще раз, как его звали? Томас как-то там?

Чейз склонил голову. — Томас Сандерсон III. Маленький засранец. Отец был так зол, когда понял, что мы случайно убили его.

Я кивнула. — Верно. Что ж. Вспомни, сколькими творческими способами ты заставлял его страдать? — Я протянула руку и обхватила рукоять своего ножа, который все еще торчал у него из плеча. — Я обещаю тебе, Чейзи, детка, я сделаю так, что это будет выглядеть как детская забава, если ты будешь давить на меня. — Я выдернула свой нож, не забыв сильно повернуть его.

Чейз почти не издал ни звука, просто улыбнулся мне, как будто я предложила ему цветы.

Расстроенная, я решила больше не испытывать судьбу и быстро ретировалась обратно к машине Зеда. Зед ничего не сказал, когда я захлопнула за собой дверцу. Он просто завел двигатель и с визгом выехал со стоянки. По пути, мы едва не расплющили окровавленную задницу Чейза. Как жаль.