Ему со стольким пришлось столкнуться, со своей мамой... Черт возьми, я просто хотела быть рядом, чтобы поддержать его в этом. Где я была? Почему я не заметила что что-то не так?

Я мысленно возвращаюсь к тому времени, вспоминая давно похороненные детали. После той кровавой ночи так много всего произошло так чертовски быстро. Арчер, Коди и Стил выкупили свою свободу у «Жнецов» кровью и страхом, и я обеспечила им необходимую страховку, передав Арчеру половину торговых путей для Черного рынка Шедоу-Гроув. Я с головой ушла в кроличью нору своей новой жизни, ела, спала и дышала Аидом. Я максимально отключилась от своей человечности, просто чтобы пережить те ужасные вещи, которые я натворила.

А Зед? Он лежал в больнице, восстанавливаясь после того, что должно было бы стать несколькими смертными приговорами. Когда я, наконец, добралась до него почти через неделю после резни, он был мрачен, рассказывая мне о некотором возможном долгосрочном ущербе в результате повреждения нервов в его руке.

Вскоре после этого его выписали, и он сразу же вошел в роль моего заместителя. Вместе нас было не остановить. Мы спланировали все до мельчайших деталей, и все прошло безупречно. В течение двух месяцев мы полностью обеспечили себе трон власти. «Лесные Волки», к всеобщему сведению, вымерли. И мы были на верном пути к созданию нашей империи в тени.

Затем Зеду сделали операцию на поврежденных нервах, за которой последовало трехмесячное пребывание в реабилитационном центре в Нью-Йорке.

Тяжело вздохнув, я надела перевязь, потому что мое плечо просто убивало меня, и вышла из комнаты в поисках Зеда. Мне нужно было гораздо больше данных, чем у меня было в данный момент.

Я нашла его внизу, в гостиной, с хрустальным бокалом в руке и открытой бутылкой скотча на столике у его ног.

— Хорошая мысль, — пробормотала я, наливая себе тройную порцию в пустой стакан рядом с бутылкой. Я не принимала ничего от боли почти двенадцать часов, и мои ребра давали о себе знать.

Зед выгнул бровь, когда я села на кожаный диван рядом с ним и сделала большой глоток ликера. Я старалась держаться подальше от опиоидов, а не уходила в монастырь.

— Ты не принимаешь обезболивающие, да? — пробормотал он себе под нос это замечание, хотя уже знал ответ. Он также знал причину.

Я прищелкнула языком, затем проглотила остаток своего напитка одним огромным глотком. Съежившись от обжигающего запаха алкоголя, я протянула ему свой пустой стакан, и он снова наполнил его без жалоб.

— Реабилитация, — прохрипела я, вытирая губы рукавом рубашки.

Зед понял, что я имею в виду, и кивнул. — Ага.

Я сделала глубокий вдох, позволяя ему наполнить легкие, и поморщилась от давления на ребра. — Они провели тебя через какой-то ускоренный курс "Как быть змеей в траве" или что-то в этом роде? — Мои слова сочились горечью, но Зед не стал уклоняться от этого. — Трех месяцев недостаточно для стандартной подготовки в ФБР.

— Что-то в этом роде, да. Особые льготы или что-то в этом роде, подумал я, учитывая, что меня не учили быть агентом, а просто выполнять одну конкретную работу. — Он залпом выпил свой скотч и снова наполнил его. — Оглядываясь назад, я понимаю, что все это было совершенно несанкционированно, но в то время, — он пожал плечами, — я думаю, что закрывал на это глаза. Я убедил себя, что делаю единственное, что может уберечь тебя.

Я усмехнулась над этим. — Не надо этого, что все было для меня, Зед. Ничто, что связано с Чейзом, никогда не могло пойти мне на пользу, и ты чертовски хорошо это знаешь. Я не знаю, что еще ты получал от этого, но...

— Ничего, — отрезал он, обрывая меня. — Я больше ничего не получал от этого. Я даже не торговался за свой собственный иммунитет, но моя мама сама предложила его без всякий уговоров. Оказывается, ее слово ничего не значит.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, заставляя себя сдержать резкие замечания, которые, как я уже знала, были насквозь фальшивыми. Мы ничего не добьёмся, если я просто буду сыпать оскорблениями, а мне действительно нужна была полная картинка.

Зед сделал еще глоток скотча. — Давай перейдем к важным моментам, — пробормотал он, — а потом, когда тебе понадобится, вернемся за подробностями.

Я выгнула бровь. — Меня это устраивает. Расскажи мне, как ты связался с Чейзом. Это было до или после того, как ты увидел те записи? Ты стал его партнером, уже зная, как сильно он надо мной надругался? — Потому что я сомневаюсь, что смогла бы когда-нибудь оправиться от этого, если бы он это сделал. Если бы он сознательно присоединился к моему врагу, полностью осознавая, что он сделал со мной в мои самые мрачные часы…

— Я этого не делал, — фыркнул он. — Впервые я заподозрил, что он все еще жив, в то же время, что и ты, когда мы раскопали его пустую могилу.

Я нахмурилась, замешательство заглушило мою ярость и возмущение. — Что?

Зед бросил на меня многозначительный взгляд. — Дар, я никогда не был в сговоре с Чейзом. Я бы никогда. Если бы твоя машина не тронулась с места, когда это произошло, ты бы увидела, как я уложил его, а потом чуть не получил за это пулю. Этот больной ублюдок разыгрывал нас всех, но, клянусь тебе, до этого момента я понятия не имел, что он из ФБР.