– Понял.

– Ничего ты не понял. Советую ухо держать востро. Сумму будете везти большую. А машина – обычная «волжанка», даже не микроавтобус. Поэтому ствол должен быть все время под рукой. И верти головой, как в кабине истребителя. Неровен час… тьху, тьху! В общем, ни пуха.

– К черту…

Амброжей оказался провидцем. Действительно их отрядили охранять кассира предприятия, а транспортным средством была видавшая виды «Волга».

Кассир, приятная во всех отношениях женщина Нелли Павловна, за исключением неутомимого языка, щебетала всю дорогу до банка, не останавливаясь ни на минуту. Она сидела впереди, возле водителя; видимо, это было ее обычное место.

Водитель, мужик в годах, имя которого Рей запамятовал, наверное, уже привык к словесному поносу Нелли Павловны. Он лишь поддакивал ей, временами невпопад, занятый своими мыслями.

Нелли Павловна вещала, как репродуктор, совершенно не волнуясь о том, слушают ее или нет. Она даже не оборачивалась к своим охранникам, лишь изредка поглядывала на водителя, который не только поддакивал ей, но еще и кивал. В основном на ухабах.

Громушкин, слушая бесконечный треп кассирши с трагическим выражением лица, едва не пенился от злости.

– Если мне попадется такая жена, или перевоспитаю, или замочу, гад буду! – шептал он на ухо Рею. – С ума можно сойти. Не язык, а помело.

– Это одна из простительных женских слабостей. Но если ты такой нервный, то женись на немой. В этом случае полный звуковой комфорт тебе будет обеспечен. А разве ты холост?

– Ну.

– Что так? Годы твои, вроде, далеко не юношеские…

– Да как-то не сложилось…

– Наверное, баб боишься. Есть такая категория холостяков. Вот я, например, – немного приврал Рей, – из таких.

– Нет, не боюсь. Живу тут с одной… Периодически.

– То есть?

– До очередной ссоры.

– И часто у тебя бывают такие «периоды»?

– Как только бабки заканчиваются, так и пошло-поехало. Я, говорит, не могу перебиваться с хлеба на воду. Какой же ты мужик, если не можешь обеспечить семью всем необходимым.

– Семью?…

– Ну да. Стоит мне получить зарплату, как она сразу же прибегает, мирится со мной, и начинает строить планы нашей совместной жизни.

– И сколько длятся ваши отношения?

– Уже два года.

– И что, она ни разу не заикалась о походе в ЗАГС?

– Поначалу – да. А потом…

– Понятно. Раньше ситуация была бы несколько странной, но по нынешним временам ничего необычного в ваших отношениях нет.

– Извини, не врубаюсь…

– Все очень просто. Сейчас жизнь сильно подорожала и мало кто торопится повесить себе хомут на шею, связав руки и ноги семейными узами. Ты всего лишь платишь за услуги интимного характера. Так что терпи.

– Я и терплю, – буркнул Громушкин.

И снова шепотом сказал несколько непечатных слов, адресуя их Нелли Павловне – отвел душу…

Загрузив два мешка с деньгами в салон «волжанки», они покинули внутренний двор банка в половине первого. Перед выездом Рей поскандалил с Нелли Павловной, которая по устоявшейся привычке хотела сесть на переднее сидение.

Но Рей был категоричен:

– Нельзя. Это мое место.

– Почему!? – возмутилась Нелли Павловна.

– Инструкция, – отрезал Рей, чтобы не вдаваться в долгие объяснения.

– Какая еще инструкция? Я всегда ездила на переднем сидении.

– Для вас это так важно?

– Ну… не так чтоб уж очень…

– Если вас не устраивает мое решение, можете пожаловаться на меня начальству. Но сейчас будет по-моему.

Нелли Павловна кисло кивнула и молча открыла заднюю дверцу кабины. Рей с пониманием ухмыльнулся – вряд ли среди сотрудников «Дерона» найдется много смельчаков, готовых оспаривать, а тем более игнорировать служебные инструкции.

– Поехали! – скомандовал Рей, который (так уж получилось) взял на себя обязанности старшего группы; Громушкин, занятый мыслями о своих проблемах, был вял и неинициативен.

На душе у Рея было неспокойно. Уж неизвестно, почему. Наверное, потому что это был его первый серьезный экзамен на профпригодность.

Он сидел, как на иголках – в отличие от Громушкина, благодаря мечтательным мыслям ударившимся в полудрему. Рей хотел сделать ему замечание, но вовремя прикусил язык – Гром все-таки имел более солидный стаж работы в «Дероне», чем он. А значит, по армейским понятиям, был «дедом», тогда как Рей и до «черпака» не дотягивал.

На удивление, Нелли Павловна ехала молча. Похоже, на нее смена дислокации подействовала как заглушка. А может, она просто дулась на Рея. Впрочем, ему было не до нее.