— А ты, мил человек, думаешь что до Лихачевки или как там ее, имперские не дотянутся? Думаешь, вас одних повышенным налогом обложили и пацанов забрать хотят?

— А ты что же думаешь, их тоже?

— Конечно. С чего вам одним такая честь? Империя дотянется до всех. Вы все умрете. Те что останутся тут — с голоду сдохнут, ну а те кого заберут — останутся в Альдийских полях. Ваш старик ввязался в авантюру6 которая ему не по силам, а ответ вам держать.

— И что же ты предлагаешь? — насупился староста.

— А почему я должен что-то вам предлагать? — наигранно удивился парень.

— Не просто же так ты подсел.

— Пока отпор не дадите, никто с вами считаться не будет.

— Дашь тут отпор, — хмыкнул крестьянин. — Против солдат-то, да еще и при магах. Мы с сызмальства сеять да копать учились, а не мечами махать.

— А если я скажу, что знаю как вам одолеть и солдат и магов?

— Когда такое было, чтобы простой люд мага одолел?

— Не «когда», старик, а «где».

— Ты из бездарных? — полувосхитился, полуужаснулся староста.

— Наша страна называется не так, — парень улыбнулся.

— У нас ее название запрещено.

— Боятся. Хотят, чтобы вы ничего про нас не знали. Мы своих магов перебили, боятся что и вы, посмотрев на нас, тоже захотите.

— Зачем же магов-то…

— Править должны люди.

— Почему? — удивился деревенский, — маги сильнее, умнее, живут дольше, знают больше.

— Потому и не должны они править. Живут слишком долго. Если портянку долго не менять, она завоняется и запаршивеет, так же и с властью. Правителей надо менять почаще, как портянки.

— Смуту плодить.

— Зачем же сразу смуту? Я про дворцовые перевороты не говорю. Пускай правитель свое отсидит. Вот смотри, ваш император — идиот. Не скрою — идиотов и у нас хватает, может даже и вашего поболее, но нам нашего терпеть — в худшем случае лет двадцать. Ему уже за пятьдесят а люди сам знаешь, долго не живут. А вот ваши правители, маги, до двухсот лет могут дожить. Вашего старика вам терпеть еще может сотню лет придется. Чем дольше плохой правитель у власти — тем больше бед он наделает. Мы это поняли давно, и от своих магов избавились.

— Предлагаешь мятеж учинить? В отдельно взятом селе? — ухмыльнулся в бороду староста, — Да нас всех перебьют и всего делов.

— Просто показать, что с вами стоит считаться. Иначе так и так всех убьют, просто не сразу. Кого-то голодом заморят, кого-то в Альду пошлют. Чем дольше продлится война, тем хуже будет. Ваш император отступить уже не может, уперся рогом, боится честь уронить, ему плевать сколько вас поляжет ради спасения его лица. А вот вам думаю, глубоко плевать на Альду. Вы и королевства такого не знали небось.

— Мне не плевать на то, что нам есть нечего скоро будет, — насупился мужик. — Это меня заботит, а не военные игры императора.

— Вас в них так или иначе играть заставят, если вы не заставите вашего лорда с собой считаться.

— Да как же мы это сделаем? — воскликнул один из уважаемых мужиков, все уже были малость в подпитии, а он выпил много больше остальных, потому его не особо смущали слова путника.

— Я научу.

Парень встал из-за стола и поманил старосту за собой. Тот поднялся, а вслед за ним поднялись и остальные мужики.

— Давайте отойдем, не будем людей беспокоить, — объяснил парень, и, покинув кабак, неторопливо зашагал за пределы деревни, в сторону леса. Деревенские пристроились позади, и в молчании, под удивленные взгляды других забулдыг, вся компания покинула кабак, и так же молча добрела до леса. Парень обернулся, убедился что отошли достаточно, и потянул из-за пояса непонятную штуковину. Уверенным движением направил ее в сторону толстого дерева.

— Вы там это, не обоссытесь только.

Грохнуло. Вспышка света на мгновение ослепила, разогнав вечерние сумерки, гром ударил по ушам, разлетелись в стороны щепки, а в древесном стволе образовалась дыра размером с кулак.

— Это наши инженеры изобрели, — парень повернулся к перепуганным деревенским мужикам. — Ни капли магии, стреляет помощнее арбалета с плечами из стали, и пользоваться может любой.

— Чертовщина, — дрожащим голосом пробормотал староста, — как есть чертовщина.

— Не боись. Ну-ка, — парень извлек из-за пояса еще одну такую же штуковину и вложил ее в руку старосте деревни, — направь на дерево и вот сюда пальцем дави. Только держи покрече, вырывается. И аккуратнее, не убей никого, на других не направляй.