В паре километров дальше на север по реке началась яркая и громкая канонада. Броненосцы вели отработку по крепости, а десятки лодок ускоренно пересекали Мёз.

На том берегу Мейзель сориентировался на месте и распределил расчёты огневой поддержки по оптимальным позициям, а стрелков рассредоточил по укрытиям, постаравшись обеспечить максимальную плотность огня с фронта и с флангов.

Противник обнаружился почти сразу — естественно, им были расставлены «секреты» по всему берегу, но солдаты проспали пересечение реки и когда среагировали, было уже слишком поздно.

Началась перестрелка, в которой вражеское охранение безнадёжно проиграло, но теперь противник знает и пересечение реки для остальных легионеров сразу же превратилось в форсирование…

— Шмидт — вперёд! — скомандовал Георг.

Штурмовая центурия, вооружённая цепными винтовками, направилась на прорыв, чтобы навязать прибывающим подкреплениям противника встречный ночной бой. Лейтенант Готфрид Шмидт имеет богатый опыт ночных штурмов, поэтому прекрасно знает, что нужно делать.

Впереди почти сразу же началась перестрелка и до Георга донеслись испуганные вскрики, маты и вопли на непонятном языке.

Он направил две прибывшие с того берега центурии на усиление флангов и пытался расслышать, что происходит вокруг.

Враг, явно, пытается блокировать их и выжать сначала на берег, а затем в воду, но ему в этом сильно мешают ружья Либерта, стреляющие почти непрерывно. Вокруг тьма тьмущая, поэтому расчёты палят по площадям, благо, разлёт картечи позволяет не особо озадачиваться точным наведением.

Длинный ствол ружья, которое приходится нести двум легионерам, даёт достаточную дальнобойность — из него можно достать человека на дистанции до двухсот метров и этого за глаза хватает в боестолкновениях подобного рода.

Чаще всех сегодня бегали вестовые, передающие Мейзелю оперативную обстановку.

Штурмовая когорта Шмидта поставленную задачу выполнила и уничтожила до роты живой силы противника, в ожесточённой перестрелке, плавно перетёкшей в ближний бой. Потери — трое убитых и восемь раненых.

Когорты Паулюса и фон Рабенхорста также вышли на целевые рубежи и отсекли пехоту противника огнём, что временно обезопасило фланги.

Плацдарм расширяется, подкрепления прибывают, а на том берегу начинается активность инженеров. Они подтащили готовые детали понтонного моста и даже приготовили лодки, но броненосцы, важная составляющая плана, не спешат.

Наконец, через десяток минут, на реке показались стальные глыбы, не прекращающие палить по крепости. Они выстроились в шеренгу и, когда достигли нужного места, сбросили тяжёлые якоря.

Им пришлось маневрировать ещё минут двадцать, в течение которых на завоёванный плацдарм дважды пыталась накатить кавалерия противника.

«Наверное, это очень непросто…» — подумал Мейзель, мельком посмотревший на копошение флотских.

Инженеры дождались, пока им не передадут тросы с кораблей, а затем приступили к строительству понтонной переправы.

Специальные бочки, обеспечивающие деревянному мосту необходимую плавучесть, выглядят не очень надёжно, как на взгляд Георга, но инженеры уверяют, что по такому мосту можно провести хоть слона.

Слона они, конечно, переводить через реку не будут, но телеги с боеприпасами и полевые орудия по этому мосту сегодня точно проедут.

Спустя час с лишним, на противоположном берегу Мёза было уже три когорты, быстро занявшие оборону и наспех окопавшиеся.

Ближе к рассвету, реку пересекла половина легиона, сразу же приступившая к подготовке штурма.

Три броненосца, не задействованные в переправе, непрерывно обстреливали крепость, не позволяя крепостной артиллерии сильно мешать переправе, а также подготовке штурма.

Штурмовые когорты, почти полностью состоящие из штурмовых центурий, пошли на приступ в восемь утра, под светом утреннего Солнца.

Враг не мог сконцентрировать на бастионах достаточно солдат, по причине непрерывного обстрела с реки и с суши — полевые орудия, доставленные на этот берег, активно расходовали доставляемый боезапас и убивали десятки обороняющихся.

Говорят, что Льежская крепость не чета Намюру, представляющему собой что-то эквивалентное бастионам Александриненсбурга, но тоже не последнее укрепление Австрийской Голландии…

В штурме когорта Мейзеля почти не участвовала — пару раз ему поручили разведать обстановку вокруг крепости, заглянуть в пригороды, чтобы удостовериться, что противник не замыслил внезапный контрудар с опорой на городскую застройку, а также помочь с ликвидацией отряда кавалеристов, снующего у леса к западу от крепости.