Я настолько опешила от такой вопиющей наглости, что даже слов не нашла, кроме бездарного возмущенного:

— Эй!

Он даже не притормозил:

— Дом новый, все еще ремонты делают, и кто-то умный слил в канализацию остатки песко-бетонной смеси. Управляющей компании пришлось пробивать засор, который начинался в вашей части труб. До вас не дозвонились – у них оказался только номер какого-то злого мужика, который сказал, что вы свалили отдыхать, и что его не касаются ваши дела.

— Это бывший муж, — поймав на себе его пытливый взгляд, я немного смутилась, — мы не очень хорошо расстались.

— Давно? Простите… я не должен был такое спрашивать.

— Да, ничего страшного. Это было осенью. Так что там с засором?

— Ах, да. В общем засор, до вас не достучаться, жильцы топают ногами, требуют, чтобы неисправность устранили. Управляшка была готова взламывать вашу дверь, но я не смог стоять в стороне. Ведь разворотили бы все и не убрали за собой. В общем, я взял на себя ответственность, и все контролировал. Сам их запустил, смотрел, чтобы никуда не лезли, и за собой убрали. Вроде все нормально, сейчас сама увидишь, — Он привел меня в одно из дальних помещений: — Вот эту трубу перебирали.

Если бы не новые хомуты и непросохшие разводы на бетонном полу, я бы и не заметила, что тут что-то делали. Никакого мусора и покореженных деталей. Чисто.

Накатило смятение. Нет, я не неженка и не принцесса в бытовых делах. Отнюдь. Если потребуется и сифон переберу, и полку прибью. После отъезда Влада я делала это и не раз. Потому что Николаю всегда было некогда, у Артема, откровенно говоря, руки росли не из того места, соседей по таким мелочам дергать неудобно, а если вызывать мастера в наш коттеджный поселок – то ждать можно было очень долго. Поэтому делала сама.

А тут… тут прямо растерялась.

— Эээ….ммм….спасибо.

— Ерунда. Я перед вами в долгу за спасение Семена, — отмахнулся Никита.

— Вы простите, что я так наехала на вас, после того как увидела букет, — промямлила я, чувствуя себя не в своей тарелке, — Я думала, вы просто…хулиган.

— Ну, не без этого. Есть еще порох в пороховницах.

Он произнес это так гордо и самодовольно, что я не смогла удержать улыбку.

Стоит тут весь из себя такой лысый, в кроссовках на босу ногу, грудь колесом, морда довольная, как будто это то самое место, в котором он и правда хотел бы быть. Смешно.

— Вам идет улыбаться, — внезапно сказал он.

Я смутилась еще больше, испытав острую потребность изобразить бурную деятельность и спрятаться за делами.

К счастью, вечерний гость не стал заострять внимание на моей реакции и отвернулся к трубе, чтобы проверить, все ли в порядке, нет ли протечек.

Пока он осматривал ее со всех сторон, я топталась на пороге, пытаясь понять почему так остро отреагировала на простую фразу про улыбку.

Кажется, я просто не умела принимать комплименты. Сразу какое-то нелепое смятение, смущение, будто не пару приятных слов сказали, а как минимум замуж позвали. Бич всех неуверенных в себе женщин, подсознательно считающих себя недостойными.

А может, дело в том, что в моей жизни непростительно мало этих самых комплиментов, и поэтому каждый из них был в диковинку?

Когда мне в последний раз делали комплименты? Вот такие мимолетные, без пафоса и одолжений, без специальной подготовки и уверенности, что я как минимум должна за это присесть в трех реверансах, а как максимум – упасть на колени в знак благодарности.

Коля был скуп на комплименты. Если в молодости на него еще порой накатывало, то с возрастом такое становилось все реже. Я оправдывала это тем, что он занятой, солидный человек, которому некогда сюсюкать. Но, может, все дело в том, что у него просто не было потребности дарить комплименты опостылевшей неподходящей жене? Зачем ей говорить, что она красивая, если можно найти себе сочную молодуху, и вот уже ее нахваливать по полной?

Это невыносимо грустно. Но я вдруг поняла, что больше не хочу грустить. Не знаю, что сработало — то ли накопленный под южным солнцем витамин Д, то ли Любины ежедневные промывания мозга — но я внезапно выпалила:

— А хотите кофе? — правда тут же спохватилась, — если вы, конечно, не заняты…

Может, у него дел невпроворот и пришел только для того, чтобы урегулировать вопрос со скандальной неблагодарной теткой, пригрозившей вызвать полицию в ответ на безвозмездную помощь.

Однако Никита согласился:

— С удовольствием, — и продолжил колдовать над трубой.

Я же порадовалась, что он не заметил, как у меня полыхнули щеки, и поспешила в комнату отдыха. Как-то суетливо и даже бестолково начала готовиться – налила воды, половину расплескав по полу. Тут же схватила с батареи тряпку и, бросив ее на лужу, два раза шаркнула туда-сюда ногой. Потом принялась двигать небольшой пластиковый стол, чтобы было удобно сидеть друг напротив друга. Звенела чашками, ложками, уронила пачку салфеток. А в итоге выяснилось, что кофе-то у меня и нет. Закончился перед самым отъездом, а покупку нового я отложила до возвращения и благополучно об этом забыла. Да и к кофе тоже ничего не было – оставленное на подоконнике печенье могло посоперничать жесткостью с булыжниками, из конфет только мятные карамельки.