С конца разговора прошло примерно полчаса и за это время девушка не проронила ни слова. Мы оба молчали, наблюдая за ночным лесом. За пляской светлячков над травой, за разноцветными бабочками и тем, как покачиваются кусты с цветными ягодами на ветру. Здесь они были маленькими, размером не больше сливы, из-за чего создавалось ощущение, словно это не плоды светятся, а просто кто-то повесил на кусты гирлянду.

Вдруг со стороны эльфийки послышался звук, которого я уж точно не ожидал. Тяжелый вздох, а затем громкий всхлип. Тисс сидела, обхватив руками колени и уткнувшись головой в ноги.

— Ты чего разревелась?

— Ты мне всю игру испортил… — выдала она, плача.

— Просто чтоб ты знала, меня таким не разжалобить, — холодно проинформировал я девчонку, — Так что завязывай.

— Да кому нужна твоя жалость! Ты во всём виноват! Я в полном дерьме, одна, в какой-то заднице мира, почти голая… Да из-за тебя от меня даже Ллос отвернулась!

Я поперхнулся смешком.

— Это после того, как я приказал тебе проклясть её?

— После того, как ты взял меня в плен! — распалялась она ещё сильнее, — Хитрости и уловки поощраются, если работают! И всё было прекрасно, пока ты не прилетел в ту чёртову башню!

— Так вот почему сестра решила тебя отправить в Миррор вместе со мной…

Ответа не последовало. Похоже, я попал в самую точку. Зная, как тёмные эльфы любят плести всякие интриги и строить друг другу козни, думаю кто-нибудь надоумил «главную жрицу» спровадить «предательницу» куда подальше. Отрицательная репутация с богиней очень сильно бы ударила по морали союзных войск. Поэтому, наверное, у нас и были такие успехи в прямых боях. Наша-то мораль всегда была на высоте. Не то, что у ушастых… довольно интересно было узнать ситуацию «с другой стороны». Хотя, нельзя не признать, что сестра её поступила довольно гуманно. И как только тёмные не принесли её в жертву в первый же день падения репутации? Или им удалось скрывать немилость какое-то время? Чёрт, аж интересно стало…

Тисс мои слова явно не понравились. Она завыла ещё громче и уткнулась в свои колени. А у девочки-то, похоже, истерика…

— Не в обиду будет сказано, но мне кажется, сестра тебя не ждёт обратно. Насколько я могу судить, предателей паучихи ваш брат не уважает совсем. Будь ты хоть игрок, хоть кто.

— Я же говорю, — тихо и очень грустно прошептала она, — ты мне всю игру сломал. Я не знаю, зачем я вообще живу теперь… зачем сижу тут с тобой… зачем играю…

— Ты уверена, что это было так важно?

— Конечно, было!

— Правда? А если завтра умрёт твоя сестра, уверена, что вспомнишь об этой игре на похоронах? — девушка не ответила, а я продолжил, — не драматизируй, Тисс. Если игра — это твоя самая большая проблема в жизни, то считай, что их нет совсем. К тому же, ты хотя бы можешь из неё выйти…

— Что ты имеешь ввиду?

— Я сорвавшийся игрок, Тисс. Как и Фридрих. Да-да, тот самый, которых не существует. Для наших заменённых на НПС аватаров всё это было чем-то большим, чем просто игрой. Ты можешь выйти в любой момент, а мы останемся здесь навечно. Поэтому кончай реветь и удаляй к чёртовой матери этого персонажа и эту игру, если для тебя она запорота окончательно. Ну или продолжай безземельной авантюристкой. Мне без разницы.

Тисс не отвечала довольно долго. Минут пять или десять, я точно не считал. Видимо, что-то такое было в моих словах, что довольно сильно загрузило девушку. Она просто сидела на земле и не моргая смотрела куда-то в пустоту, о чём-то размышляя…

— И… как это было? — в конце концов спросила она.

— Больно. Как будто твой мозг пытаются пронзить тысячи раскалённых иголок. Ты мучаешься, но вскоре боль исчезает, а все ощущения от игры становятся очень реальными. Ползунок на «чувствительность боли» перестаёт работать, и, что самое главное, исчезает кнопка выхода. В остальном… я не заметил изменений.

— А в интернет выйти можешь?

— Даже в банк зайти и что-то оплатить.

— Вау… — тихо прошептала она.

— Ага.

— Так значит, это правда… — усмехнулась девушка, — а я-то думала. Поучала тебя ещё…

— Бывает.

Заухала сова в глубине леса. Мы помолчали ещё пару минут.

— Знаешь, я подумала и… ты скорее всего прав. Она сделала это специально.

— Что?

— Портал Хаоса. Какое-то время мне удавалось скрывать это, но жрицы быстро прознали обо всём и начали ненавидеть вместе с богиней. Мы пытались наладить дело жертвами, сестра пыталась меня защитить, но репутация с народом падала… А сестра… она, как бы. Из неё получилась очень хорошая жрица, в общем-то, — с горечью в голосе заключила Тисс, — даже слишком. Она теперь из игры практически не выходит… воюет с вами.

— Чем тогда займёшься сейчас?

— Не знаю… я же начала играть, потому что сестра позвала…

— А теперь играешь по инерции? — усмехнулся я.

— Наверное.

— Тогда я повторюсь. Мой тебе совет: заканчивай это бессмысленное занятие и возвращайся в реальный мир. Поверь, если бы у меня была возможность начать сначала, я бы выбросил эту капсулу в окно в ту же секунду, как жена её купила. Честно.

— Спасибо за совет, — фыркнула она, — постой. У тебя была жена?! Тебе сколько лет?!