— И что теперь делать? — упавшим голосом спросила Люда, почему-то подумавшая, что машине полностью пришёл каюк.

— А у тебя телефона техподдержки Мерседес нету? — спросила Нина. — На такую дорогую машину могла быть оформлена страховка или договор об именно таких обслуживаниях. «Помощь на дорогах» называется.

— Я не знаю, — смущённо призналась Люда.

Настоящая Арина Стольникова, безусловно, должна была знать все эти нюансы и тонкости, касающиеся её олимпиадной машины, но Людмила Хмельницкая не знала и ничего не могла сказать по этому поводу.

— И это не проблема! — решительно заявила Нина. — Сейчас вызовем коммерческую техпомощь. У меня есть знакомые ребята, приходилось к ним обращаться. Берут по минимуму. Тебе только нужно посодействовать их пропуску на территорию жилищного комплекса и сюда, в подземную парковку.

На всё ушло примерно час. Приехала машина с надписью «Техпомощь» на борту, двое парней вытолкали автомобиль Людмилы со стоянки в промежуток между рядами, там подцепили на трос и на своей машине вытащили его на улицу.

— А что они там не стали делать? — с удивлением спросила Люда.

— Если они смогут завести, нужно, чтобы машина примерно хотя бы полчаса поработала вхолостую, стоя на месте, — объяснила Нина. — Надо, чтобы аккумулятор немного подзарядился, иначе в дороге можно заглохнуть, и будешь стоять где-нибудь там, где никто не найдёт. Ну а если сейчас не заведётся, значит, аккумулятор уже испортился, и придётся новый покупать. Это уже проблема посерьёзнее, нужно будет ехать в автомагазин.

На счастье, никуда ехать не пришлось. Парни из техподдержки принесли какой-то прибор, подключили его к разряженному аккумулятору, завели машину и сказали то же самое, что и Нина.

— Пусть полчаса поработает, потом езжайте, — заявил старший техпомощи, взял оплату за услуги 1000 рублей и уехал. Люда убедилась, что и наличные деньги в этом мире тоже нужны.

…Излишне даже и говорить, что Люда приехала на тренировку с опозданием на 2 часа, и это уже было серьёзно. Ещё когда ковырялись с Мерседесом, она хотела позвонить Бронгаузу, что задерживается, но так как стеснялась беспокоить своего тренера, то понадеялась, что всё само собой как-нибудь утрясётся. Не утряслось.

— Допуск к тренировкам только через главного тренера, — непреклонно заявил Бронгауз. — Аря, у нас не проходной двор. У тебя уже дважды был пропуск тренировок. И всего за какую-то неделю. Это не дело. Ты сама знаешь, что в нашем деле дисциплина — это первое, на что нужно обращать внимание, и к чему стремиться. Мы не в бирюльки играем, а к международным стартам готовимся. Я тебе персональный план подготовки составляю, а ты его на раз-два-три рушишь. С чего ты сейчас начнёшь занятие? Твоя группа уже в хореозале, и туда ещё Алексей может не пустить просто так. Так что шагом марш к Аделии Георгиевне.

Люда хотела было возразить, что невиноватая она — так получилось, но поняла, что этим ничего не добьёшься. Поэтому молча кивнула головой и пошла к главному тренеру.

… Пока шла в кабинет главного тренера, чувствовала себя очень паршиво. Как человеку ответственному, ей было очень неловко и стыдно, что одногруппники и другие спортсмены все заняты делом, лишь она одна прохаживает время. А ведь она ещё и считается олимпийской чемпионкой! Мама, Дарья Леонидовна, сказала бы: «Что подумают люди?» Другая мама, Анна Александровна, махнула бы рукой: «Люди — хрен на блюде. Пофиг, что подумают».

Аделии Георгиевны в кабинете не было. И где её теперь искать? Может, она вообще где-нибудь на совещании в горкоме или в горисполкоме, или в районо! Придётся самой идти, искать её по всему спортивному комплексу…

В тренажёрном зале её не было, там занимались совсем маленькие дети под руководством двух юных девушек. Во втором тренажёрном зале тоже не было, там занимались танцевальные дуэты и другие группы. А нашлась главная тренер в хореографическом зале, только не в том, где обычно с группой Бронгауза занимается хореограф Алексей Железов, а в соседнем хореозале, в котором Люда никогда не была.

Когда зашла туда, то увидела трёх человек. Аделию Георгиевну и парня с девушкой, одетых в тренировочные костюмы. Фигуристы были парниками, так как именно в это время исполняли поддержку, и Люда впервые увидела это чудо с близкого расстояния. Парное катание она тоже очень любила, но никогда не стала бы им заниматься из-за очень большой травмоопасности. Парни поднимали партнершу на высоту вытянутой руки над собой! Почти второй этаж! У здорового парника был рост 180–190 см, плюс расстояние вытянутой руки. Минимум два с половиной метра. И с такой высоты грохнуться на лёд было бы очень больно, можно и кости переломать или череп пробить!