Тот же самый Мурлок им когда-то рассказывал, мол, растягивается жгут моментально, а натянув его на приклад, ты превращаешь архиважный в определенной ситуации жгут в бесполезный мусор.

Но Женя его в таковой не превратил, таскал в подсумке, за что ему честь и хвала.

А еще у Жени в подсумках оказался моток скотча и изолента. Как раз то, что сейчас и было нужно. «Гномовитость» товарища в очередной раз пригодилась, причем ему же самому, точнее для спасения его же жизни.

Вова щедро плеснул перекисью водорода на рану, та зашипела и запузырилась. Подумав, он разорвал на Жене рубаху до живота — все равно ей уже хана была, а так ему становилось намного удобнее добираться до раны. В момент, когда ткань с треском разошлась, нож в ране чуть провернулся и просто выпал из нее. Вслед за ним толчками пошла кровь.

К счастью, темная.

Но вова все же испугался не по-детски, и как всегда, чтобы успокоиться выдал настолько витиеватую матерную фразу, что даже опытные строители позавидовали бы. Этот прием, как всегда, сработал.

Вова схватил кусок полиэтилена, в котором был бинт, и уже не беспокоясь о обеззараживании, просто налепил прозрачный материал поверх раны, плотно прижав, потом принялся мотать поверх него бинт. Но бинт держался плохо и пропитывался кровью. Тогда в ход пошел еще и скотч. Вова матерился под нос и мотал, мотал, мотал…до тех пор, пока в рулоне просто не кончилась лента. Получилось все равно так себе, кровь из-под импровизированного пластыря сочилась, причем обильно. Но у Жени хотя бы перестало булькать внутри, и он вроде как дышать стал поровнее, хрипы стали тише.

Вова перевел дух, вытер тыльной стороной руки взмокший лоб.

— Эй, мужик… — вдруг послышался голос.

Вова чуть не подпрыгнул на месте, но повернувшись понял, что подал голос пришедший в себя окровавленный парень. Бояться было нечего — противник лежал на полу, не пытался встать и, видимо, еще не успел окончательно прийти в себя. Зато кое-что сообразить он все же смог.

— Мне, кажись, руку оторвало, — просипел он. — Мне бы того…в больничку…

— В больничку… — хмыкнул Вова. — Слышь, чудак на букву М, у тебя совсем, что ли, инстинкт самосохранения отпал? Ты вообще понимаешь, что ты моего друга чуть не убил?

— Ну, это…– вновь просипел доходяга, — прости, братан, что-то приняло меня, попутал на панике.

— Не брат я тебе, гнида! Так, а ну встал! Рожей к стене! Руки за спину!

— Братан…ну мне же…

Вова мигом подскочил к уроду, пытающемуся играть из себя жертву, и со всем доступным ему, Вове, пролетарским гневом зарядил ботинком по ребрам нарка (а услышав его голос, взглянув в глаза, Вова это мгновенно и точно идентифицировал), и его согнуло в три погибели.

— Я сказал, встал к стене! — рявкнул Вова. — Видит бог, я каким-то чудом тебя еще не шлепнул, но быстро могу исправиться. Встал, тварь! Быстро!

Испуганный и скорченный пополам наркоман тут же выполнил приказ злого мужика.

Вова быстрыми движениями охлопал его карманы и вытянул из бокового ключи от «Ауди», которую приметил возле сарая, а еще плотный целлофановый пакет с таблетками. И еще какой-то с кучей мелких фасовочных пакетиков изнутри. В каждом маленьком пакете оказалось по щепотке порошка. Больше у урода с собой ничего не было.

— Бензин в тачке есть? Проблемы с ней есть? — угрожающе спросил Вова.

— Да все ровно, нормальная тачка. Полбака точно оставалось.

— Угу. Руки за спину, гнида! — приказал Вова.

— Братан, ну у меня же кровь, ну куда… — заскулил наркоман.

Вова задумался. Из руки у урода и впрямь лило, и это было проблемой. Женю как-то тащить надо, а потом еще и этого… Короче, надо было кровь останавливать. В конце концов, нарк, способный сохранять вертикальное положение и двигать ходулями, будет полезен. Так…чем тогда ему помочь?

Вова пошарил взглядом по сараю.

Ха, а почему он парится? Вот же решение, возле Джея лежит!

Вова подобрал с пола жгут и, обернувшись, швырнул нарку.

— На, перетяни руку, а то и впрямь кровью изойдешь.

— Спасибо, спасибо, — запричитал тот, — можно я…

— Медленно и не делая никаких резких движений! — предупредил его Вова.

Парень быстро и сноровисто перетянул себе руку жгутом. Действовал он быстро, и явно выдавал себя как человека, с жгутом дело имевшего и ранее. Вместе с таблетками и порошком вывод напрашивался сам собой. Да и рожа его, общий видон были такими, что Вова сразу его раскусил.

Брезгливо глядя на сидящего у стены парня, Вова процедил:

— Ну че, сахарный, полегчало?

— Э, слышь! У меня это, зависимость!

— А это что? — спросил Вова, демонстрируя пакетики с дурью.

— Это не мое. Ты сам подкинул. И вообще — ничего больше не скажу. Зови адвоката!

— Ну ты дура-а-ак! — протянул Вова и покачал головой. Ну вот как так? Где справедливость? Вот почему ты выжил, а кучу людей сожрали, а? — не удержавшись, задал риторический вопрос Вова.

— Да вы вообще, что вы за менты такие? — прогнусавил парнишка.