Машина тяжело завернула, в какой-то момент мне показалось, что меня сейчас перевесит цистерна и я завалюсь на бок, но пронесло.

Я схватился за руль обеими руками, навалился всем телом, случайно нажав клаксон.

Взорвав поверхность газона колесами, ЗИЛ со всего маху ударил передком по бетонному основанию забора, да так, что меня подбросило, голова в шлеме глухо стукнулась о крышу кабины, а затем еще и приложило об руль, от чего потемнело в глазах.

Удар оказался сильным, но я все же не потерял сознание и в последний миг перед столкновением еще сильнее вдавил газ так, что задние колеса выбросили назад два громадный фонтана земли с травой.

Я вновь вдавил акселератор в пол.

Машина взломала своей передней стальной балкой прутья забора, налегла на прогнувшуюся секцию и наконец-то железо не выдержало этого издевательства, со скрипом прогнувшись и рушась вовнутрь. Новый вход был открыт, а за ним…

Вова

Вова, ведущий за собой всю группу, уже оббегал трибуну, когда прямо им наперерез вышло полдюжины зомбаков.

Все они были из тех, что успели отведать человеческого мяса, так как передвигались не как обычно, еле волоча ноги, а в разы быстрее. Двигались эдакими рывками, резкими и непредсказуемыми. Оттого, видимо, и опередили своих «собратьев». Ну а судя по тому, как они мгновенно навелись на живых — были очень не против подкрепиться еще…

Вове они напомнили ту тварь, с которой он и Женя схлестнулись возле корейки. Но все же у тех мертвяков скорость и реакция были на порядок выше.

А эти…хоть и были быстрыми, но против вооруженного человека скорости им пока еще явно не хватало.

Первая тройка попыталась сходу налететь на людей сбоку, но тут им ничего не светило — автомат на такой дистанции не оставляет шансов. Магазин, опустошенный Вовой в несколько мгновений, полетел на землю. Некогда сейчас было крохоборить, доли секунды важнее, чем кусок пластика.

Зато и мертвяки угомонились — лежали себе мирно и не шевелились.

Вторая тройка была «умнее» и попыталась обойти злых, но очень вкусных человечков сверху, по трибуне. Это было ошибкой. Асина стрела прошила одному голову, второго подколола прямо к толстенной резине покрытия. Третий, осознав, что ждать больше нечего и его маневр раскрыт, решил сигануть сверху и прямо в полете поймал стрелу глазницей. Похоже, экстремальная ситуация сделала из лучницы настоящего Робин Гуда.

Вот и все, с мертвяками покончено.

Все облегченно вздохнули. Все кроме Вовы. Тот, бросив взгляд на только что упокоенные им трупы, пришел к неутешительным выводам — сражаться против тупых и медленных зомбаков было очень удобно, но эти твари прогрессировали, умнели. Вон, когда половину их товарищей перебили, попытались обойти…

Это плохо. Это очень плохо. Если таких зомби будет появляться все больше — в большие города лучше не соваться, порвут в момент. Лучше вообще забиться в какую-нибудь глушь, куда такие монстры не то что не дойдут, а даже не додумаются идти.

В конце концов, какими бы опасными они ни были — это разлагающиеся трупы. Скоро лето, жара, и мертвякам жара вряд ли понравится. Начнут разлагаться еще больше. Да, с большей долей вероятности ждать, что они сами «рассыплются», не стоит, но все же жаркая погода должна на них повлиять, разрушить тела, замедлить…

До забора оставалось метров десять, когда из-за палаток вылетело сразу десятка четыре зомбарей во главе с мутом, уже существенно изменившимся. Узнать в нем человека было сложно, только если вглядываться.

И кстати, он очень похож на того, что когда то встретился возле Жениного дома, только у этого над позвоночником топорщился какой-то красный мясистый гребень, и такой же прикрывал спереди всю голову, оставляя только глазницы неприкрытыми, а у того ничего подобного не было.

Пока руки машинально выполняли привычные действия — зажать спуск, удержать автомат направленным на толпу, сбросить магазин, вставить новый, дослать патрон, вдавить спуск, у самого Вовы в голове пронеслась вся его жизнь.

В этот момент громкий ревущий звук привлек его внимание, как и внимание остальных из его группы, даже их противников — зомби.

Когда Вова зажал в очередной раз спусковой крючок, выпуская три десятка пуль и доводя ствол своего, а вернее Жениного «укорота» до алого свечения, раздался удар и адский скрежет, за ними еще один удар и какое-то шипение. Над Вовиной головой что-то с шумом пронеслось, и в толпу зомби ударила струя воды, моментально отшвыривая самых резвых, а знакомый голос с матом завопил: