— Мне знакомо это чувство, — тихо ответила она, избегая его взгляда, чтобы не выдать своих эмоций.

Михаил посмотрел на неё с мягкой улыбкой, будто понимал всё без слов.

Когда десерт был съеден, а напиток выпит, Михаил предложил выйти на улицу. Они стояли на веранде ресторана, глядя на замёрзшее озеро, а вокруг них царила тишина, прерываемая лишь далёкими звуками праздника. Михаил снял перчатки и взял её руки в свои, удивительно тёплые даже в мороз.

— Настя, я хотел сказать тебе… — он сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Ты делаешь этот зимний вечер особенным. И не только вечер, но и всю мою жизнь.

Его слова, такие простые и искренние, заставили её замереть. Она не ожидала, что он так откроется. Впервые за долгое время она почувствовала себя важной, значимой для кого-то.

— Михаил, я… — начала она, но он наклонился и коснулся её губ своими.

Это был мягкий, тёплый поцелуй, в котором не было ничего поспешного. Казалось, что само время остановилось, давая им насладиться этим моментом. Снежинки мягко оседали на их волосы и одежду, но им было всё равно.

Когда поцелуй закончился, Михаил не отпустил её рук, продолжая смотреть в её глаза.

— Теперь я точно знаю, что этот Новый год станет для меня самым счастливым, — сказал он, улыбаясь.

Настя не ответила — она просто прижалась к нему, слушая, как его сердце бьётся в унисон с её.

Зимний вечер, как драгоценный камень, мерцал тысячами оттенков. Снег падал медленно, словно природа решила подарить ещё один слой праздничной магии. На улице горели гирлянды, витрины магазинов искрились огнями, а в воздухе витал аромат свежей выпечки и корицы. Вечер обещал быть особенным, и Настя это чувствовала всем своим существом.

С Михаилом они договорились встретиться в центре города, у большой ёлки, которая каждый год становилась главной достопримечательностью праздников. Высотой она достигала крыши ближайших зданий, а её ветви были украшены шарами всех оттенков, от глубокого рубинового до искристо-серебристого. Гирлянды, словно огненные змейки, опоясывали её от основания до верхушки, где сверкала большая звезда.

Настя стояла у подножия ёлки, чувствуя, как её сердце трепещет в предвкушении. Она надела своё самое любимое пальто с меховым воротником, а шарф цвета брусники добавлял яркий акцент её образу. На мгновение она задумалась, правильно ли сделала, выбрав эту одежду, но, поймав своё отражение в витрине, поняла, что всё выглядит идеально.

Михаил появился внезапно, как всегда, будто зимний ветер просто доставил его сюда. Его высокий силуэт выделялся на фоне толпы, его уверенная походка привлекала внимание, а глаза искрились радостью при виде её.

— Настя, ты сегодня выглядишь… просто волшебно, — сказал он, подходя ближе и протягивая ей руку.

Её щёки залил румянец, и она с трудом справилась с волнением.

— Спасибо, Михаил. Ты тоже, как всегда, на высоте, — ответила она, улыбаясь.

Он подал ей небольшой свёрток, перевязанный яркой красной лентой.

— Это тебе. Хотел подарить раньше, но решил дождаться правильного момента, — сказал он с лёгкой улыбкой.

Настя осторожно развернула бумагу и увидела внутри небольшой стеклянный шар, внутри которого был миниатюрный зимний город. При наклоне поднимались крошечные снежинки, кружась в хороводе.

— Это невероятно красиво, Михаил, — прошептала она, рассматривая подарок.

— Ты мне напомнила этот шар. В тебе есть что-то такое же волшебное, как в этом маленьком городе, — добавил он, слегка коснувшись её руки.

Внезапно раздались звуки оркестра, начался концерт под открытым небом. Музыканты, одетые в праздничные костюмы, исполняли новогодние мелодии, и вокруг собралась толпа зрителей. Михаил, воспользовавшись моментом, пригласил Настю в центр площади, где пары начали танцевать.

— Танец под звёздами? — спросила она, пытаясь скрыть смущение.

— Почему бы и нет? Это лучший способ согреться, — подмигнул он.

Михаил обнял её за талию, уверенно ведя в ритме музыки. Настя сначала чувствовала себя неловко, но вскоре поддалась движению и, кажется, даже забыла, что вокруг них была толпа. Лишь он и она — и эта музыка, которая, казалось, звучала специально для них.

Когда танец закончился, Михаил отвёл её в сторону, к маленькому кафе, которое пряталось за деревьями. Внутри было тепло и уютно, столики украшали свечи, а на стенах висели ветки ели с мелкими шишками.

— Здесь делают лучший глинтвейн, — сказал он, садясь за столик напротив неё.

Настя согревала руки об кружку горячего напитка, чувствуя, как аромат специй и цитрусов наполняет её изнутри.

— Знаешь, Михаил, этот вечер… — начала она, но он перебил её, мягко коснувшись её ладони.