— Эй, парни, спокойно! Свои!

Я медленно поднимаюсь из-за дерева с поднятыми руками, прищурив глаза из-за света фонарей. Иного выхода не остается — если американцы действительно откроют огонь, тонкоствольная пальма не послужит мне достаточно надежным укрытием.

Мне отвечает агрессивный и напряженный мужской голос (достаточно молодой), с одинаково явно читающимся в нем недоверием — и одновременно с тем восторгом гончей, взявшей след:

— Кто такие «свои»? Что ты делаешь в кустах?!

— Спокойно парни, спокойно! Ненароком пальнете в меня — а во мне итак хватает дырок от японских пуль… Я Айван Сандерс, ветеран, работаю на аэродроме!

— Что. Ты. Здесь. Забыл?!

Важный нюанс — со мной разговаривает только один из агентов, нацеливший в мою сторону револьвер… И удерживающий его на вытянутой руке. Что весьма характерно — молодой парень явно не ветеран шпионских войн. Нет, матерый волчара целился бы от пояса, как Шапранов… Да и оружие явственно подрагивает в руке федерала. Похоже, парня буквально трясет от возбуждения!

Второй агент также держит табельный ствол прямой рукой — но от последнего исходит куда более явственная опасность и уверенность в себе. Связка новичок-ветеран? А у последнего солидный опыт и привычки бывалого, тертого копа?

— Да услышал приглушенные голоса, стало любопытно. Простое любопытство, парни! Позволите выйти из кустов?

Я сразу же сделал первый шаг вперед, продолжая без умолку говорить:

— Возвращался с ночной прогулки, был в гостях у старика Элла, ветерана Великой войны! Он живет здесь неподалеку, в миле пути самое большое… Мои слова может подтвердить и шеф военной полиции, майор Боули! Мы вместе с ним были в баре, а потом ездили к Эллу, послушать воспоминания старика. Просто Боули покинул ветерана раньше моего…

Мне не нужно играть испуг — я действительно очень испуган, и пытаюсь торопливо объясниться, сбивчиво и скомкано, как объяснялся бы агентам любой иной случайный человек на моем месте.

— Дурацкая выпивка, парни! Просто дурацкая выпивка! Услышал голоса, решил поиграть в шпионов… У меня велосипед остался у дороги, сэр! А старик Элл тысячу лет знает меня, он подтвердит каждое слово, даже не сомневайтесь…

Мне удается уже заметно сократить разделяющее меня расстояние до агентов. Возможно, мне удалось немного их заговорить — но так некстати упомянутые мне шпионы сломали всю игру:

— В шпионов решил поиграть?! Ну, посмотрим, кто ты есть такой в участке!

— Да брось ты, Тэдди. Я знаю старика Элла, он действительно живет неподалеку. И Боули встретился нам по пути, он ведь ехал на велосипеде… Давай не будем пороть горячки как в прошлый раз, лады?

Голос второго агента, явно уже в летах (точно, связка новичок-ветеран!), подействовал на молодого явно успокаивающе. Тот даже чуть опустил револьвер — и ответил куда менее раздраженно:

— Будет знать, как шляться по ночам и мешать федеральным агентам. Заодно протрезвеет в участке!

— Вы меня арестовываете, да?

Я сделал еще пару шагов навстречу первому, вставшему впереди молодому федералу, опустив руки на уровень груди — и добавив в голоса умоляющих ноток. Даже заставил его вполне натурально задрожать:

— Ну, простите меня, сэр! Простите, это все треклятый алкоголь, будь он неладен… Мне завтра в смену на аэродром, у нас режим усиления — а если вы доставите меня в участок, то я опоздаю на работу… И меня ведь могут уволить! Сэр, прошу вас, я не сделал ничего плохого, я ведь потеряю зарплату! А пенсия столь невелика…

Я неуклюже припал на правую ногу так, словно оступился в темноте. Но, выпрямляясь, словно бы естественно сместился приставным шагом вправо так, чтобы новичок полностью закрыл собой ветерана. И последний что-то понял или даже почуял:

— Тэдд, подожди!

Но Тэдди не понял товарища — и в нетерпении уже сам шагнул ко мне навстречу.

— Вытяни руки вперед, Айван. Будет тебе урок на будущее…

— Конечно, сэр.

Я резко шагнул вперед — и наконец-то почуяв неладное, противник вскинул револьвер, вновь «поймав» мое лицо на мушку. Но молодой не собирался стрелять, он хотел лишь криком и угрозами заставить меня отступить…

Еще один шажок, влево — убрать голову с линии огня. А разведенные в стороны руки резко бьют по кисти противника! Ребро правой ладони наносит «расслабляющий» удар по запястью — в то время как удар левой приходится на внешнюю сторону кисти, сжимающей рукоять короткоствольного «Кольт Детектив Спешел»… Револьвер летит вправо, так и не выстрелив — а я, перехватив руку федерала обеими руками, резко и грубо заламывая его кисть вниз и влево от себя!

— А-а-а!!!

Тэдди вопит от острой боли… Не отпуская захвата, сближаюсь с федералом приставным шагом правой — чтобы ударом плеча в грудь с силой толкнуть противника в сторону второго агента! И только в момент удара я разжимаю пальцы на заломе…