– В одной постели? – мои глаза сузились. – Собственно, почему бы и нет, ведь нравственный Контроль скоро будет ликвидирован, значит, мне ничего не грозит.

При этих словах Настя бросила на меня быстрый взгляд, но промолчала. Ну не готов я пока выносить наши отношения на всеобщее обозрение. Возможно… Да скорее всего, скоро буду готов, но пока нет.

– Нет, ты снова прав, тебе нужна будет отдельная кровать. Или нам нужна будет кровать, а ты и на диване неплохо выспишься, тем более что тебе не привыкать, – Дмитрий прошёлся взглядом по практически пустой комнате. – А вообще хорошая комната, здесь можно очень неплохой тренировочный зал устроить. Мне же нужно постепенно восстанавливаться, надоело чувствовать себя беспомощным.

– А может быть, лучше на второй этаж? – спросил я, прикидывая, как в одной комнате с молодожёнами буду жить. – У тебя такая хорошая сиделка под рукой, которая вполне с утками на первых порах справится, и не надо будет бегать в туалет.

Они так на меня посмотрели, что я только рукой махнул. Подумав, сел на единственный стул и с интересом посмотрел на Дмитрия.

– И что ты предлагаешь? – спросил я его.

– Я уже сказал, – он улыбнулся краешком губ. – Нам с Ольгой привезут нормальную кровать и кое-что для реабилитации. Мы отлично здесь поместимся. Не бойся, мы не будем тебя смущать, я ещё не набрал форму, чтобы медовый месяц устраивать. Подозреваю, подобные нагрузки мне вообще пока противопоказаны.

– Но спать вы будете вместе, – резюмировал я.

– Ольга – моя жена, – отрезал Дмитрий. – Это естественно, когда жена спит в одной постели с мужем.

– Тебя точно во дворце воспитывали? – я подозрительно посмотрел на цесаревича. – Какие-то у тебя мещанские понятия о супружеской жизни.

На этот раз он так на меня посмотрел, что я понял, желательно мне заткнуться, пока Дмитрий не оставил свою щепетильность и не разбил мне лицо, невзирая на то, что такие нагрузки ему действительно противопоказаны.

– Денис, – ласково проговорила моя любимая сестрёнка. – По-моему, тебе лучше заткнуться.

– Я понял, – подняв руки и улыбнувшись, я продолжил. – Ты меня будешь держать, пока твой муж будет меня бить.

– Вот ещё! – она фыркнула. – Зачем мне тебя держать, если существуют специальные заклинания? – и она выкинула вперёд руку.

Мои руки и ноги тут же притянули к стулу и привязали к нему невидимые верёвки. Я дёрнулся, но разорвать их не смог. Ладно, попробуем по-другому. И, призвав демоническую ауру, я немного увеличил силы. Рванулся ещё раз – хрен тебе, Дениска, по всей морде. На более радикальные меры я пойти не решился, используя исключительно скрытые демонические резервы. Сомневаюсь, что моя демонстрация в случае успеха скроется от трёх пар глаз, пристально глядящих на меня. А что-либо объяснять и придумывать мне не слишком хотелось. Тогда я свернул ауру и посмотрел на довольную мордашку сестры.

– Развязывай меня и показывай, как ты это сделала. Очень полезное заклятье, в хозяйстве вполне может пригодиться, – добавил я спокойно.

Ещё один взмах руки, и я почувствовал, что могу двигаться. Настя смотрела на нас широко открытыми глазами. В медицине нет места применению дара, и она сталкивалась со столь наглядным проявлением магии крайне редко. Всё-таки в тех же машинах магическая составляющая двигателя скрыта от посторонних глаз, а большинству обывателей всё равно, как машина работает. Ездит и ладно.

Я тоже при ней только один раз дар применил, когда артефакт печной заряжал. Но там всё было так: я подержал его в руках, он засветился. Готово! Здесь же проявление дара было гораздо заметнее и потому гораздо неожиданней.

Да и появление в её временном жилище Великого князя всё же выбило девушку из колеи. Пока они ехали сюда в одной машине, Настя, похоже, не поняла, что это происходит с ней на самом деле. А вот не надо было сыну ректора нос сковородкой ломать. Пару раз по яйцам бы стукнула, и всего-то. Парень бы точно отстал, жаловаться вряд ли побежал, и девочка не приехала бы в Аввакумово. Но с другой стороны, мы бы с ней в этом случае не познакомились, и детей бы мне пришлось самому лечить. Только вот как мне сейчас поддерживать с ней отношения? Осваивать сеновал? Чёртов Дмитрий! И что ему в столице не сиделось?

– Наверное, его лучше было не развязывать, – хмыкнул Дмитрий, видимо, что-то прочитав по выражению моего лица.

– Не нужно на меня проецировать свои дурные наклонности, – ответил я, поднимаясь со стула и скрестив руки на груди. – Когда достаточно восстановишься, будете с женой практиковать твои маленькие извращения, а меня в них не впутывай. И да, надеюсь, я к тому времени отсюда уеду, или вы уедете, что для меня будет даже предпочтительней.

– Оля, покажи своему брату этот замечательный приём, можешь даже снова его к чему-нибудь привязать для демонстрации. А я пока пойду насчёт нормальной кровати распоряжусь.

Несмотря ни на что, настроение у Дмитрия было отличное. Ну ещё бы! Женился на любимой девушке без разной мути с годовой помолвкой и другими извращениями. Ну и что, что она его, возможно, просто пожалела? Вовремя вызвать жалость – это тоже своего рода искусство. А потом и полюбит, если ещё пока не полюбила. В кого влюбляться-то, если не в него? И с кроватью он грамотно придумал. Ольга таким образом привыкнет к его телу, и их брачная ночь пройдёт как надо. Молодец, что уж там. Или Пхилу с подружками его чему-то всё же успела научить за такое короткое время?