— А кто будет заниматься производством самих микро ЭВМ?

— Так они же и будут, — рассмеялся главный инженер, — если бы директор так не упирался, вполне могли бы и без них обойтись, а так Шокин очень зол на них был, приказал и всё.

— Провалят, — покачал головой я, — у них не та специализация.

— Не должны, — Марчук на секунду задумался, а потом снова перевёл взгляд на меня, — ты главное свои обещания выполни.

Нарисовать схему контроллера было не сложно, трудился же не я, а Вычислитель. Да и сама схема оказалась относительно простой ведь в её основе стоял наш процессор, гораздо больше ушло времени на описание работы устройства, и то только потому, что меня постоянно отвлекали, и основная заслуга в этом принадлежала Трухину. Парень почувствовал золотую жилу, и тянулся к ней всеми возможными способами. Как у него получилось сдать кандидатский минимум, одному Богу известно, тут не берусь утверждать, что все прошло честно. Но факт есть факт, теперь он изо всех сил налегал на тему исследования, и вот тут моя помощь ему оказалась неоценимой. Хотя, почему неоценимой, как раз цена была всем известна, это то оборудование, которое он притащил к нам в лабораторию в прошлом году.

Естественно, мне пришлось составлять ему план исследований и делать за него полученные в результате экспериментов выводы. Тут нужно сказать, что парень совсем не имел способностей к самостоятельной работе, но пробивной силе его можно было только позавидовать. Для Троцкого не было секретом то, кто на самом деле делает работу за Трухина, но, как и всякий мудрый руководитель, решил не вмешиваться, так как прекрасно знал всю подоплёку.

— Ну и как? — Встретил меня в институте железнодорожного транспорта Борис Ефимович. И в этом его вопросе я услышал переживание за работу, я бы тоже на его месте извёлся, почему я должен верить какому-то студенту, что он может выполнить работу в кратчайшие сроки?

— Как и обещал, — несколько преувеличенно бодрым тоном отзываюсь на вопрос, и начинаю вытаскивать рулоны ватмана из тубусов.

Но это я поторопился, главный инженер хоть примерно и представлял что и как должно работать, но в электронных схемах не разбирался, поэтому вскоре в его кабинете оказался весь инженерный состав, который принимал участие в проектировании системы продажи билетов. Крутили и вертели они чертежи долго, но, несмотря на относительную простоту, всё же запутались окончательно. Так и должно быть, разобраться в чужих алгоритмах работы трудно, и иногда приходится затрачивать больше усилий, чем самому разработчику, это всё из-за того, что трудно понять каким путем он приходит к решению задачи.

— И что нам теперь делать? — В конечном итоге задал вопрос Марчук.

— Э… В смысле? — Не понимаю, что имеется в виду.

— В смысле того, что мы не можем дать оценку работоспособности этого изделия, — отвечает кто-то из его группы.

— Хм. А описание общее описание работы устройства вам понятно? — Задаю важный вопрос.

— Описание, да.

— Тогда зачем вам сама принципиальная схема? — Продолжаю подводить их к мысли, что важно знать не то, как это делается на уровне отдельных элементов схемы, а что должно получиться в результате.

В конечном итоге моя точка зрения победила, и главный инженер дал добро на изготовление маршрутизатора. Вот и замечательно, теперь есть возможность в будущем строить сети. Я даже не стал у «железяки» интересоваться, есть ли в СССР нечто подобное, понятно, что над этим кто-нибудь работает, но какой «выхлоп» с той работы? Надо сказать, что за изготовление устройства в ЖД взялись без проволочек и уже к сентябрю первый маршрутизатор на восемь линий был готов к работе. Тестировали в работе устройство жестко, все шесть модемов непрерывно слали запросы на маршрутизатор с разных линий, и он с честью выдержал испытание. Ещё бы ему не выдержать, ведь он рассчитывался на гораздо большие нагрузки.

— Мне вот одного не понятно, — решил поумничать один из разработчиков, — почему, когда модемы работают на одной линии, они не мешают друг дружке.

— Хм, а вы читали протоколы их работы? — Сразу начинаю сомневаться, что товарищ брал описание модемов в руки.

— Ознакомился, — кривится он, и мне становится понятно, что перед нами ещё один верхогляд.

— Тогда ещё раз ознакомьтесь, и особое внимание уделите разделу четыре, там дано описание алгоритма взаимодействия модемов.

* * *

Учёба у меня началась со скандала, неожиданно проснулся Жилкин и обвинил Троцкого, что он с моей помощью украл у него идею. Какую именно? Так это использование микро ЭВМ в подготовке данных для Минск-32. Он даже не дал себе труда узнать, что сам Валерий Ефимович был против этого, считая, что тратить ресурс «Эврики» на обеспечение работы большой ЭВМ не производительно, ибо микро ЭВМ имела свои вычислительные мощности, вполне достаточные для решения большого круга задач. А идея установить одно из наших изделий в зал с УПДК принадлежала начальнику вычислительного центра, который намучился с ошибками операторов и таким образом хотел решить проблему. А что, хорошо получилось, сначала программа набиралась в редакторе, а потом, после проверки на ошибки, отправлялась на ПЛ-80 (устройство вывода на перфоленту). Вот во время обучения операторов работе на «Эврике» Жилкин и прозрел — это же его идея. О том, что его устройство должно было использоваться в качестве терминала, он, естественно, благополучно забыл, зато теперь увидел, как можно вдохнуть новую жизнь в свою разработку. Наивный.

Разбираться в споре между доктором и кандидатом пришлось Преснухину, нашему ректору. Не знаю, к каким выводам там пришли, но «Эврику» из вычислительного центра вернули в лабораторию, а Стольникову, завлаб вкатил выговор, за использование лабораторного оборудования не по назначению. Представляю, какой жирный котяра теперь пробежал между Жилкиным и директором ВЦ. Мне очень интересно стало, как теперь доктор будет «выбивать время» Минск-32 на свои эксперименты. И кстати, ему удалось найти одного талантливого системотехника, и убедить того поработать над своим терминалом, но проблемы приходилось теперь решать в лоб, путём усложнения схемы. А это путь в никуда. Ну а мне стоит присмотреться к этому работнику, если он действительно настолько талантлив, что сумел разобраться в том, чего там натворила «железяка» то стоит обратить на него внимание.