– Это правда, - признала я, - так и должно быть. Наши решения – на нашей ответственности. И всё-таки… - Картинка всё равно полноценно не укладывалась у меня в голове. – Я же смотрела рейтинги. Результаты социальных опросов. И не только на наших сайтах – допустим, там факты подтасованы, - на инопланетных тоже. Везде получается, что на нашей планете люди более счастливы в браке, чем там, где синхронизацию не проводят. Выходит, так всё-таки лучше?

– Светлана, ну, вы же умная, образованная девушка. Посудите сами. Если провести эксперимент: в основной группе дать каждому человек по пять миллиграмм героина, а в контрольной раздать такое же количество…ну, скажем, какого-нибудь из новых сахарозаменителей. А потом провести тесты. Как вы полагаете, какая группа окажется более счастливой на тот момент?

– Думаю, я вас поняла.

Я говорила медленно, чувствуя себя несколько заторможенной. Поблагодарила учителя, вернулась вместе с ним на территорию школы, попрощалась и отправилась домой.

Ощущение тревоги не покидало вечером и мешало заснуть ночью. Однако наутро, как ни странно, я почувствовала себя лучше. Предсвадебные хлопоты почти не оставляли времени на интроспекцию, и решение пришло само. Для того, чтобы отменить бракосочетание за день до регистрации, нужна невероятно веская причина. Больно ранить Андрея, в придачу ещё и подмочив ему репутацию. Подставить родителей – и его, и своих. Заняться объяснениями во всевозможных инстанциях и бюрократическими процедурами, отменить забронированный зал торжеств, и бог знает, что ещё. Определённо, для этого требовался более серьёзный повод, чем вопрос того, заводить ли в новом доме кошку. Тем более, что к кошкам Андрей относился хорошо.

Иными словами, я позволила себе плыть по течению. И на следующий день течение предсказуемо занесло меня в Третий районный невралгический центр. В кабинете синхронизации, расположенном на втором этаже, я снова основательно занервничала. Здесь всё навевало мысли не то о больнице, не то о медицинских опытах. Голые белые стены, врач в накрахмаленном халате, компьютер на столике цвета слоновой кости, специальная аппаратура, на непрофессиональный взгляд напоминающая рентгеновскую, а рядом – два прикреплённых друг к другу кресла с широкими подлокотниками и очень высокими спинками. Именно в них нас с Андреем и усадили.

– Устраивайтесь поудобнее. – Невролог натянул одноразовые перчатки молочного оттенка и повернулся к нам с отеческой улыбкой на лице. – Примите мои поздравления!

– Спасибо! – просиял Андрей.

– Спасибо! – вымученно улыбнулась я.

В кабинете, а тем более – в кресле синхронизации, меня охватила не просто тревога, а самая настоящая паника.

– Волнуетесь!
– догадливо изрёк врач.

Он попытался прищёлкнуть пальцами, но это не слишком получилось в перчатках.

– Не без этого, - признала я.

– Мандраж, - подсказал Андрей. – Для невесты простительно.

– Да конечно же, о чём речь! Знаете, сколько я повидал брачующихся, в этих самых креслах? – Невролог ободряюще мне подмигнул. – Вы ещё отлично держитесь! Позавчера одного жениха пришлось выводить из предобморочного состояния. Я понимаю, всё выглядит так страшно: аппаратура, белые стены. А на самом деле всё это яйца выеденного не стоит. Вот просто поверьте мне на слово: буквально через десять минут вы выйдете отсюда, полностью довольные жизнью.

«Наверное, человек, которому вкололи героин, тоже вышел бы из кабинета в хорошем настроении». Отчего-то некстати вспомнилась параллель, проведённая математиком, и я занервничала сильнее прежнего.

Я протянула Андрею руку, он накрыл её своей.

– Ерунда, Светик. Слышишь же, всё под контролем.

«Под контролем. Вот только под чьим?» - подумала я, пока нам на головы надевали некое переплетение проводов.

Невролог вертелся вокруг, подправляя эту конструкцию. Потом проверил что-то на компьютере и снова стал колдовать над проводами. Усилилось давление на виски. Я сделала глубокий вдох, на две секунды задержала дыхание, потом медленный выдох. Так учили успокаиваться на каком-то сайте. Что-то даже начало получаться, но все старания пошли прахом после того, как на моих запястьях защёлкнулись металлические браслеты, надёжно приковывая руки к подлокотникам кресла.

– Что это?! – вскрикнула я, инстинктивно стараясь вырваться.

– Всё нормально, всего лишь мера предосторожности. – Врач нажал на кнопку, и Андрей оказался в том же положении, что и я. – Вы поймите, Светлана, синхронизация для человека совершенно безопасна. Но если в процессе пациент дёргается, пытается встать, сдвигает аппаратуру, мы не можем отвечать за последствия. Электрическое воздействие на мозг – это, сами понимаете, не шутки. Наша цель – гарантировать, что вы выйдете отсюда здоровым человеком, только и всего.

– Я пришла сюда здоровым человеком! – Нервы сдавали, и я начала кричать. – Отпустите меня немедленно!

– Светлана, давайте рассуждать логически, - призвал невролог. – Вы же не в какой-нибудь подпольной клинике, а в государственном учреждении. Вы прибыли совершенно официально, числитесь во всех списках. Ваши друзья и родственники знают, что вы здесь. И выяснить, у какого конкретно врача вы проходите процедуру, тоже не проблема. Неужели вы полагаете, что в этой ситуации я могу себе позволить что-нибудь лишнее?