Создатели нового «Роллербола» (а это не только Джон Мактирнан, но еще и сценаристы Ларри Фергюсон и Джон Пог) попытались сделать свою антиутопию более современной. Главный герой Джонатан Кросс (Крис Клейн) не выглядит упитанным «скаковым жеребцом», которому в фешенебельное «стойло» доставляют сексапильных «кобылиц» (как в фильме Джуисона), скорее, он напоминает нам героев Кеану Ривза (правда, как ехидничают критики, «Ривза без его обаяния»). Глава «Энергетической корпорации» мистер Бэртоломью превратился в циничного и пронырливого менеджера Алексея Петровича (Жан Рено). Петрович с акцентом говорит по-английски, совсем плохо — по-русски и лоббирует интересы телевизионного шоу, рейтинг которого впрямую зависит от кровавых стычек во время роллер-больных матчей. Поэтому-то в жизнь и претворяется преступный замысел «матча без правил». Играют же в эти жестокие игры теперь не в Японии, а-в… постсоветской Средней Азии, которая, по мнению сценаристов, и в недалеком будущем (теперь это не 2017-й, а 2005 год) останется рассадником в смысле коррупции, организованной преступности и низменных нравов.

Уже первый эпизод «Роллербола» Мактирнана вселяет надежду. Агрессивным импульсом в духе лучших «фильмов действия» становится проезд героев на роликовых досках по улицам с оживленным, нет — безумным! — движением. И это даже не доски, а роликовые «болиды», в которых можно пронестись под брюхом многотонного и многометрового автопоезда. Мы ждем новых аттракционов, и к середине фильма Мактирнан действительно напоминает, что перестрелки и погони (даже в инфракрасном спектре) — это его конек. А что же сам роллербол? Увы, по сравнению со старым фильмом Джуисона, этот спорт не стал более драматичным и захватывающим. Конечно, и арена, и приемы игры сильно напоминают скейтборд для «экстремалов», а в музыке, костюмах и прочих околоспортивных элементах этого шоу «футуристический модерн» 70-х уступил место «киберпанку». Но на самой роллербольной арене Мактирнану явно не хватает места ни для экстремальных трюков, ни тем более для настоящей интриги, и не удивительно, что он пытается спасти сюжет, уводя его далеко за пределы стадиона.

Пытается — но не спасает.

…Недавно на одном из европейских телеканалов я наткнулся на любопытное шоу. На студийной арене с грохотом и лязгом сражались замысловатые машины-самоделки — с угрожающими резаками, кувалдами, клешнями, а управляли ими с помощью пультов вполне интеллигентные люди, без кровожадного блеска в глазах [11] . Право, в этом было что-то от спорта будущего. Что же касается Голливуда, то в своих спортивных фантазиях он пока так же близорук и не остроумен, как и в других футуристических прогнозах. Скорее всего, вам предложат «космический» вариант автогонок «Индикар» (как в «Эпизоде первом…» у Лукаса) или троглодитское регби («Кровь героев»). В свое время «Роллербол» Джуисона с его боями гладиаторов на колесах казался не менее серьезным и шокирующим предвидением, чем «Заводной апельсин» Кубрика. Новый вариант старой игры в исполнении Джона Мактирнана едва ли будет воспринят кем-то серьезно и уж точно никого не шокирует.

РЕЦЕНЗИИ

Производство компаний Dimension Films и Mojo Films, 2002.

Режиссер Гэри Фледер.

В ролях: Гэри Синиз, Мэдлин Стоу, Винсент Д’Онофрио, Скотт Беркхолдер.

1 ч. 35 мин.

Согласно англо-русскому словарю, перевод названия данного фильма — «Самозванец» (так он, кстати, прошел на пиратском видео). Если же исходить из сюжета, как это сделали прокатчики, названием фактически предупреждая зрителя, что «убийца — дворецкий», то надо было идти до конца и поименовать фильм идиомой «Засланный казачок». Ведь основная (и единственная!) интрига фильма, поставленного по мотивам одноименного рассказа Филипа Дика, состоит в том, окажется герой пришельцем или нет.

Завязка такова. Конец XXI века. Земля ведет жестокую войну с превосходящими ее по уровню развития пришельцами-центаврианами. Часть городов разрушена, часть находится под энергетическими куполами. Главный герой фильма ученый Лев Абалкин, пардон, Спенсер Олхэм, неожиданно узнает, что, возможно, он уже не совсем он, а подосланный пришельцами киборг, с перезаписанными воспоминаниями и супербомбой вместо сердца. Так ему сказали в местном КГБ, когда арестовали. Герой не верит и убегает. И бегает, спасаясь от охотников, в течение полутора часов. Кроме довольно тусклых приключений тела и раскрытой, как уже говорилось выше, единственной интриги, в фильме больше нет ничего. И относительно неожиданная концовка (все-таки это Дик) не спасла картину от полного провала в прокате — сорокамиллионный бюджет не окупился даже на десятую часть. Даже ярые поклонники Дика, неожиданно ставшего среди кинематографистов популярным объектом экранизаций, отвернулись от фильма. Не спасло картину и то, что режиссер Гэри Фледер («Целуя девочек», «Не говори ни слова») попытался «слизать» визуальный ряд у другой экранизации фантаста — ставшего классикой «Бегущего по лезвию бритвы» Ридли Скопа.

Вся эта ситуация заставляет задуматься, а так ли хорош Дик на экране и не ждет ли похожий провал грядущую летом премьеру спилберговского «Особого мнения»?

Производство компании Toei, Япония, 2000.

Режиссер Кинджи Фукасаку.

В ролях: Такеши Китано, Татцуя Фудживара, Аки Маеда.

1 ч. 54 мин.

Этот фильм эпатировал публику уже на Роттердамском фестивале (см. «Если № 4, 2001, «Тигров ловят в Роттердаме»). Когда картина добралась до российского кинопроката, ее старались ставить на ночные сеансы. На обложке лицензионной кассеты, появившейся в начале 2002 года, значится предупреждение: «Смотреть нельзя, не смотреть невозможно!»

Жестокость молодых — тема в кино модная. Живой классик японской кинематографии Кинджи Фукасаку также решил обратиться к ней. В результате получился некий гибрид между экранизациями Берджеса («Заводной апельсин») и Голдинга («Повелитель мух»).