Они что-то декламировали хором, потом заткнулись, один, повыше и с нарисованной золотой краской звездой, вытянул левую руку. Держа за шкирку черного пушистого кота, почти котенка со связанными лапами. Котик барахтался и сипло кричал.

— Услышь нас, тьма! Приди к нам, враг небес, приди, Бафомет и тысячи тысяч духов бездны, прими жертву адскому пламени и богу нашему Люциферу!

В правой у него блеснул узкий нож.

И тогда тьма ответила замогильным голосом.

«Ну я услышал. Полегчало?»

Поджарая гибкая фигура метнулась к вожаку, теперь уже заорал он, заглушая негромкий треск сломанной руки. Черный демон поднял его за горло и зарычал, как не рычат ни люди, ни звери земные.

Компания ломанулась в разные стороны с воплями, почему-то и не думая падать на колени, славить явившегося адского гостя. А тот блеснул призрачно-белыми зубами и вгрызся в плечо избранника так, что горячая кровь хлынула, пропитывая черную дешевую ткань.

Именно кот, выпавший из сломанной руки, спас своему мучителю жизнь. Завопил отчаянно, и луна в глазах демона начала белеть, теперь он приходил в себя куда быстрее первого раза.

Выплюнул окровавленные обрывки плаща, отшвырнул бессознательное, но все еще живое тело в бурьян у могилы какого-то гидрографа.

Покачнулся. Сгреб кота и легко разорвал вязки на его лапах.

— Все, беги, паршивый кошак. Пшел вон. Это тебе за одну дохлую кошку.

Кот бежать не пожелал, напротив, полез за пазуху и вцепился в пахнущего кровью дьявола покрепче. Возможно, счел его куртку самым сейчас безопасным для котов укрытием.

— Черт с тобой, — сказал черт.

Даша еще не спала, конечно. Стояла у себя на балконе, завернувшись в зеленый шелковый халатик, глядела на луну, слава небу и аду, белую, и самую малость воображала себя принцессой в высокой башне. Ее чудовище…

— С котами можно к вам, алмазная донна? — спросило оно совсем рядом, подтягиваясь за перила.

— Можно. — Не раздумывая, сказала она. И только потом спросила: — Какие коты? Где ты его… ой, трясется весь, ты его перепугал-то как!

— Не я перепугал, королевишна моя, — сказал Данил, вручая кота и перебрасывая себя через перила. И кратко рассказал.

— Живы они все, живы. Хотя и зря. Надо было догрызть гниденыша.

— Ну и правильно что не стал доедать эту гадость. Умник мой, — Даша почесывала за ушами уютно устроившегося в ее объятиях более мелкого хищника. — Хватит с них, малолетних уродов. Да вряд ли они будут рассказывать кому попало.

— Легко отделались. У тебя что-то для него найдется? Молоко котам не надо, я слышал.

— Есть баночка паштета, на всякий случай.

— Ночной дожор?

Она фыркнула, и Данил мгновенной острой болью там, где молчало сердце, ощутил нежность и страх за нее.

— Давай покормлю младшего зверя, потом займусь старшим, — и понесла кота на кухоньку.

Утром исчезли оба. Один, правда, оставил на подушке бутон чайной розы. Кот ничего не оставил, аккуратно съел паштет, пока они занимались друг другом в спальне, и слинял, не иначе как в приоткрытое окно. И ладно. Значит, был в порядке. Вольный зверь.

И все же она чуточку расстроилась и даже обиделась на обоих.

Мужики. Одно слово. А ты сиди дожидайся в тереме. Или в гареме. Я подарю тебе эту звезду, ага.

Вместо звезды на бежевом коврике у кровати лежал голубой кусочек картона. Выпал из Данькиной одежды, не иначе.

Майя. Консультант. И пахнет консультант французскими духами.

Нет, ну не будет же она ревновать, это и правда дурость полная.

Однако же.

Его дела и ее дела. Кого приручили. А кого воскресили? Вряд ли он стал бы скрывать, если бы карточка нашлась ночью. Нет, не ее Данька.

И вообще. Она ведь ничего преступного не совершит. Извинится если что.

В сущности, пустяковое дело. Один звонок.

Она взяла мобильник и набрала номер. Заколебалась на миг, не оборвать ли связь. Прижала к уху, вспомнив: не успела причесаться и умыться.

Номер ответил сразу. Женским соблазнительным голосом. И первые слова были:

— Здравствуйте. Ведь вы Даша, да? Он о вас говорил, и очень тепло. Нашли мою визитку?

— И вам не болеть, Майя, — ответила Даша, сердясь на себя за легкое хамство, и все же не в силах сдержаться. — Уж простите, беспокою в ранний час…

— Ничего, — консультант звонко хихикнула, — между нами, девочками, я и не ложилась. Ранняя пташка. Массу вопросов еще решать.

— А по каким вопросам…

— Со мной консультировался Даниил? По разным. Вопросам жизни и смерти, я бы сказала.

— Вы часом не из похоронного бюро? — съязвила таки Даша, представила, в каком восторге был бы милейший Виталик от такой сотрудницы и скомкала невольный смешок.

— О нет, для меня слишком скучно. Слушайте… давайте увидимся лично. Хочется на вас посмотреть. Не бойтесь ничего.