Через пятнадцать минут все девочки собрались в кинозале. Я вышел на сцену, Надя и ее подруги-блондинки уселись в первом ряду. Остальные начали рассаживаться по всему залу.

— Прежде всего, — начал я с важного. — Девочки, вас ждет в ресторане огромное ведро мороженого. Предлагаю приступить немедленно! Света, Люба, — обратился я к блондинкам, и да, я не из тех, кто, проведя ночь с женщиной, не интересуется, как ее зовут. — Проводите сестренок. Не волнуйтесь, без вас не начнем.

Несовершенную часть публики увели получать удовольствие от жизни. Пусть в кои-то веки почувствуют себя детьми.

Пока мы ждали блондинок, я рассматривал освобожденных женщин. Они в ответ смотрели на меня с интересом, но почти без страха. Это удивительно, я только, что практически в их присутствии, вырезал целую банду, и не стал в их глазах кровавым чудовищем?

Света и Люба вернулись, и я приступил к торжественной части.

— Милые девушки, — сказал я громко, поскольку аудитория расслабилась и начала шушукаться и хихикать в ожидании действия на сцене. — мы начинаем!

Гомон стих не сразу. Надя встала и, обернувшись в зал, рявкнула на удивление громко:

— А ну, цыц, хабалки! Босс говорит.

В зале мгновенно все стихло, в меня впились взгляды двух десятков пар глаз. Похоже, я сделал правильный выбор, предложив работу именно этой красотке.

— Итак, дорогие мои, вы теперь абсолютно свободны. Я знаю, многих из вас обманули, кого-то даже похитили. Но сейчас у вас есть деньги, есть документы, и вы никому и ничего не должны. Вы можете вызвать такси и уехать прямо сейчас, куда захотите. Или провести здесь ночь, после завтрака санаторный автобус отвезет всех желающих на станцию.

В горле у меня пересохло, давно я не выступал с речами перед аудиторией. Не моя специфика. Света посмотрела на меня внимательно, порылась в сумочке, белым кроликом почти с места вскочила на сцену, сунула мне в руку бутылочку воды, и вернулась обратно.

— Спасибо, — кивнул я девушке, промочил горло и продолжил. — Итак, если у кого-то есть планы на будущее, самое время начать жить заново.

— А если нам некуда ехать? — раздался голос из зала.

Я надеялся, что кто-то это спросит.

— Если вы, как говорят в кино, не знаете другой жизни, если вы всерьез желаете продолжать делать то же самое, что и раньше, и только хотите человеческого отношения, у вас будет такая возможность. Надя, будь добра, присоединись ко мне.

Брюнетка поднялась на сцену.

— Возьми стул и садись рядом, — попросил я ее.

Когда девушка уселась, я продолжил.

— Новое предприятие со старым профилем возглавит ваша подруга Надежда. Она долгое время была одной из вас, знает, как и чем вы живете. Я познакомлю ее с важными людьми из города Нарышкин. Так что вы станете частью системы. Она будет знать, что, если вы попадете в беду, вы обратитесь ко мне, и я приду на помощь. Но, конечно, это должна быть настоящая беда, я не собираюсь вытирать вам носики после каждого чиха.

Я переждал, пока по залу прокатится волна, мои слушательницы должны были переварить новость. Вскоре Надя щелкнула пальцами, и все затихли.

— Важное условие, точнее даже два. Но они связаны. Вы позаботитесь о детях. Тот, кто уедет отсюда завтра, проследит, чтобы девочки добрались, куда бы они не собрались уехать. Когда будете совещаться ночью, а я уверен, что вам будет не до сна, слишком важные решения надо принять до завтра, договоритесь, кто и как о них позаботится.

— А если им, как и нам, некуда деться? — задался чей-то грустный голосок.

— Тогда позаботьтесь о них здесь. Но важно, чтобы они не принимали участия в вашем бизнесе. Больше никогда в моем городе этим не будут заниматься дети. Понятно? Если с детьми случится беда, сделке конец.

— Мы поняли, босс, — Надя положила мне руку на плечо. — Не волнуйтесь!

— Я вам не начальник. Я просто проходил мимо и решил помочь. Босс — ты, и тот господин, с которым я тебя завтра познакомлю. Мы договорились? Можем присоединяться к младшему поколению, все наверняка проголодались.

Надя отвела девушек в ресторан, а я набрал Треплова.

— У меня есть два условия, — начал я говорить, даже не потрудившись поздороваться с Цитрамоном, а что такого, мы недавно общались. — Первое: все в этой новой фирме происходит добровольно.

— Разумеется, Алексей, мой человек… — начал было Треплов

— Не будет никакого вашего человека. Я знаю, что у вас бьет копытом опытнейший надежнейший сутенер, но фирму возглавит мой человек. Уверен, вы подружитесь.