— А теперь… мысленно проговори то, что видел, — на устах старца появилась лёгкая улыбка, а сам он сделал несколько шагов назад.

Уверенности в его словах не было, а в моём взгляде, скорее всего, был сплошной скепсис. Но что я потеряю, если просто мысленно произнесу это слово? Попытка не пытка, так что… «Самоисцеление!»

И тут начало происходить что-то странное. В животе словно что-то чуть-чуть опустело, словно там был какой-то резервуар, а из моих рук побежали сначала лёгкие, а потом всё усиливающиеся волны золотистого цвета. Я смотрел на это и не мог поверить. Магия! Это был дар богов!

— Какого? — прошептал я и тут же понял, что ко мне вернулся голос, а стоило волнам сойти на нет, тут же обратился к жрецу: — Как? Что это такое?! Я ведь не жрец богов, а ведь только они имеют частичку дара их…

— Я сам не знаю, — улыбнулся старец. — Просто увидел в твоих глазах бездну, которую нужно заполнить. В преданиях говорится, что уже существовали такие, как ты… но не более того. После них остались только камни, один из которых чудом сохранился в нашем храме.

— А откуда он тут? — с трепетом и шоком уточнил я, продолжая смотреть то на свои руки, которые полностью восстановились, то на жреца, улыбка которого так и не сползала с лица. — И откуда вы знали, что нужно сделать, чтобы это… сработало?

— Ответ на один вопрос будет вытекать из другого, — удовлетворенно хмыкнул старик, после чего уселся возле меня. — Но прежде чем я на них отвечу… Клио!

Несколько мгновений спустя девочка вновь оказалась перед комнаткой, в её руках была корзинка, в которой были какие-то травы. На её лице читалась как усталость, так и решимость. Ей, видимо, нравилось это дело — помогать при храме. Но таких маленьких… я ни разу не видел ни в одном из городов. Но откуда я знаю это?..

— Можешь больше не собирать травы, — нежно, заботливо проговорил жрец, после чего девочка кивнула и улетела в ту же сторону, откуда и прибежала. — Эх, всем бы детям такой энтузиазм и рвение, как у неё! Столько добра можно было бы сделать… ну а теперь ответы…

Старик нахмурился, молчал, думал. В какой-то момент, спустя двести капель часов, которые стояли недалеко от моей каменной койки, на лбу старика проявилось несколько бусинок пота. Он не знал, как именно сказать то, что собирался. Ну а я не спешил. Я ни черта не помнил… а он был моей единственной возможностью разузнать хоть часть моего прошлого.

— Так… — хлопнул он по коленкам, а после движением руки снова закрыл двери в комнатку. — Мой покровитель временно покинул храм… ибо он почувствовал, что больше никто не нуждается в помощи, так что… лишних ушей нет и пока не будет.

— Так откуда?.. — решил напомнить я вопрос, но жрец выставил раскрытую ладонь предо мной, заставив меня таким образом замолчать.

— Этот камень хранился тут со дня основания Храма, — начал медленно говорить он, явно напрягаясь, вкладывая в каждое слово непонятную силу, которую… я чувствовал, что не осталось незамеченным. — Работает, — хмыкнул он. — Слышишь меня только ты. Так вот… камень этот лежал со дня основания Храма, а предание о нём появилось еще раньше. Больше пяти сотен лет назад. Когда по нашей земле еще ходили полубоги, такие как Ахилл или Аркас. Но ни один из них никогда не заходил в храм и не появлялся на этой части Эллады. Но камень же откуда-то должен был появиться!

— Может… его оставил лично ваш бог? — решил все же уточнить я.

— Жрецы древности пришли к тому же выводу, — кивнул мой собеседник. — Ведь полубоги — их дети… а с ними как-то нужно было делиться силами. Но вот что странно… на тебе нет отпечатка богов, какие были у полубогов древности. Ты… пуст. Словно сама Бездна стала частью тебя. Но такого быть не может… иначе бы кара спустилась на наши головы… или?..

В глазах старика, который медленно развернулся ко мне лицом, читался неприкрытый страх. Жрец смотрел очень пристально, но лёгкая паника начала накрывать меня, его страх начал сменяться ненавистью, а после и безумием. Резко вскочив, врач достал откуда-то нож, после чего замахнулся на меня.

— Исчезни, отродье Бездны! — крикнул он и нанёс удар мне в сердце.

Я захотел было закричать, но тут же последовал следующий удар. Что-то хрустнуло. Видимо, это были мои кости… рот тут же наполнился кровью, перед глазами поплыли багряные пятна. Но и на этом ничего не закончилось. Он нанёс ещё удар, потом ещё и ещё…

Я не знал, сколько он меня ещё бил. Мир померк. Я только чувствовал невероятную боль в груди, которая разливалась по всему телу, обволакивала мою голову, сжимая её в тиски. А потом… спокойствие. Тишина и благодать. Только лёгкая прохлада вокруг меня… и я начал отдаваться ей. Растворяться в ней… и мне было так хорошо…

Вставай…

Холод чуть отступил. Голос был… искажённый, непонятный, странный, опасный, но в то же время нежный, близкий и родной… но как мне встать… вокруг лишь тьма… спокойствие… прохлада…

Не валяй дурака, брошенный сын. Твоя роль в истории мира ещё не сыграна. Вставай!

Я попытался напрячься. Но не получалось. Тело меня не слушалось. Да и какое может быть тело у того, кто мёртв? Я же мёртв?! Как бы это дико ни звучало, но это факт. Ведь не может же быть такого, что после десятков ударов ножом в грудь кто-то оставался жив…